Подпусти меня ближе

Он берёт с кровати мою футболку и бросает в меня, но вещь так и не долетает. Я хрипло смеюсь, затем прокашливаюсь.

– Сходи к врачу, – советует парень. – Выглядишь дерьмово. Надо переходить на другие таблетки.

– Мне и с этими неплохо.

Егор не отвечает. Я натягиваю джинсы и заваливаюсь на кровать, беря с тумбочки пульт и включая телевизор.

– Сижки есть? – смотрю на парня.

– Закончились, – бросает он. – Чего разлёгся, у нас дела ещё, дерьма кусок.

Егор вырубает из розетки телевизор, и я разочарованно вздыхаю.

– Какие дела? – неохотно поднимаюсь на ноги.

– Я же вчера писал, – раздражается Штормов.

Я кривлюсь, беру с тумбочки телефон и пузырёк с таблетками, и прячу всё это в карман.

– Ах, да… Забыл. Сорян.

Парень качает головой и направляется к выходу, уж точно не собираясь меня дожидаться. Я нахожу разбросанные по квартире кроссовки, наспех надеваю их и следую за другом.

ROZHDEN – Пустяк

Маша.

Я просыпаю из-за того, что парень переворачивается на другой бок и обнимает меня со спины. Его дыхание щекочет мою шею, и я улыбаюсь, довольно ёжась в его объятиях. Свет пробивается сквозь оливковые шторы, и я неохотно понимаю, что скоро нужно будет вставать. Не мне, конечно, у меня сегодня выходной, но расставаться с приятными утренними объятиями чертовски не хочется.

Я не шевелюсь, словно боясь спугнуть момент, чувствую его грудь спиной, крепкую руку, придавившую меня к кровати, и эта секунда кажется мне настоящей вечностью.

Но вибрация будильника вырывает меня из нежности утренних объятий, и я неохотно тянусь к телефону, который лежит у меня под подушкой на зарядке. Я выключаю его и откладываю в сторону. Парень за спиной даже не шевелится, но я знаю, что он не спит. Я лежу ещё минуту, затем осторожно разворачиваюсь к нему лицом и обнимаю за талию.

Я утыкаюсь носом ему в грудь и легко глажу по спине.

– Миш, 8:10.

Парень не отвечает. Его дыхание зарывается в мои волосы, и я лишь сильнее прижимаюсь к его груди.

– Слышишь? – мой голос тих, но я знаю, что этого достаточно. – Пора вставать.

– Угу.

Он не двигается. Молчание сковывает нас на несколько секунд, а потом Миша собирает все свои силы и переворачивается на спину.