Это мы

– Хорошо, – я высвобождаю руку. – Об этом никто не должен знать. Никто, слышишь?

– Конечно, – Макс улыбается. – Мы были пьяные, и не обязательно, чтобы это знали.

– Сделаем вид, что ничего не было, – я тоже улыбаюсь.

Становится как-то легко и свободно, словно камень с души упал и разбился на кучу песчинок.

– Отлично, – он довольно хмыкает. – А теперь я спать, если никто не против!

Парень проходит мимо. Я стою ещё несколько секунд на крыльце, а потом следую его примеру. Завтра будет такой же обычный ничем не примечательный день, а эту ночь можно смело вычеркнуть из жизни.

LAFEE – Leben Wir Jetzt

Книги сближают

Школьный автобус останавливается у ворот школы ровно в семь тридцать две каждый день. Сегодня он задерживается на девять минут из-за какой-то старухи, которая полчаса переходила улицу, поэтому выбраться из душного транспорта у меня получается только ровно в семь сорок одну, точнее нет, вру. Я вываливаюсь в распахнутые двери самой последней, когда все остальные ребята соизволили с бешеным воплем покинуть салон и разбежаться в разные стороны.

Помню, когда я появилась здесь впервые, меня вынесла на улицу толпа бешеных школьников за считанные секунда – я потом долго не могла прийти в себя. Конечно, кому захочется сидеть в провонявшем потом и неимоверно душном «гробу» и ждать, когда от жары он грохнется в обморок?

Никому.

А вот я привыкла. И мне всё равно. Да-да. Хотя, признаться, сегодня не так жарко, как было вчера, иначе бы я точно не пережила бы эту ночь без моего, простите, нашего «Вини», который вибрирующим звуком работал за стенкой в комнате моего братца.

Итак, сегодня понедельник, солнце палит не так ужасно, как обычно, и пушистые облака изредка закрывают яркий диск и позволяют нам ненадолго вздохнуть с облегчением, так что начало этого дня не такое уж и плохое, как я этого ожидала.

Я спрыгиваю на землю и отхожу в сторону, слыша, как за моей спиной, шурша гравием, отъезжает школьный автобус. На моём плече сумка, а в руке мой «Пандемониум», который я попыталась почитать во время дороги до школы, но из-за тряски у меня мало что получилось: буквы дрожали, а книга так и норовила выскользнуть на грязный пол. И я не считаю шум и громкую музыку других ребят. Опускаю глаза на свои ноги и немного хмурюсь.