А теперь держи меня

Я ничего не отвечаю, ещё несколько секунд сверлю взглядом дверь, словно боясь, что Виктория вернётся, а после подхожу к диванчику и устало заваливаюсь на него. Признаться, возвращать свою команду мне чертовски не хочется. И даже не из-за того, что они всё равно ничем мне не помогут, а потому что выгнала я их не при очень приятных обстоятельствах.

Я была вся на нервах из-за того, что мы не успевали в срок и что никто не мог хорошо исполнить мои поручения, и просто в какой-то момент сорвалась, наорала на них, обозвав бездарями и неудачниками, и выгнала, заявив, чтобы они не попадались мне на глаза до конца сдачи проекта.

Звонить им – это самоубийство. Придётся извиняться за своё поведение и признавать ошибки, а этого я делать не умею. С другой стороны, ослушаться прямого приказа Виктории тоже не могу.

Ладно. Была не была.

Достаю из кармана телефон и набираю номер самой безобидной девчонки из всей команды. Гудки тянутся вечность, и я, в тайне надеясь, что никто не возьмёт трубку, уже собираюсь сбросить вызов, но не тут-то было.

– Да, Сонь.

Пару секунд молчу.

– Привет, Ир, – пытаюсь сделать дружелюбный голос. – Эм-м. Я, в общем, хотела извиниться за то, что накричала на вас тогда, – девушка молчит, и мне становится неловко. – Короче, проект в пятницу сдаём. Он уже практически готов, так что я хотела бы, чтобы вы все пришли в студию и посмотрели на него. Внесли коррективы и всё такое…

Я уже ожидаю, что меня пошлют куда подальше, мол… наглая какая, но не тут-то было.

– Хорошо, мы придём, – наконец, подаёт голос Ира.

– Ладно, – киваю сама себе. – Буду ждать.

– Пока.

Она отключается, и я с облегчением бросаю телефон на диван рядом с собой. Сложная это всё-таки работа: руководить другими, но иначе придётся вечно быть девочкой на побегушках, а меня такой расклад не устраивает.

***

Я стою в студии перед своим столом и виновато всматриваюсь в лица подчинённых. Неловкое молчание плавает в воздухе между нами, словно невидимые рыбки.

Передо мной стоят трое.

Парень со скрещенными руками на груди в яркой зелёной футболке с рыжими огненными волосами и с горсткой веснушек на носу. Его зовут Макс, и он манерно кривится, делая обиженный вид, мол, тебе, женщина, нет оправданий. Голос у него всегда изменённый, а блёстки на одежде лишь малые признаки нетрадиционной ориентации.