Неизбранное – для избранных, любящих юмор и терпящих сатиру: юмор, сатира и не только

Остановившись на проезжей части улицы, он открыл рот и долго смотрел на небо, не замечая того, что мешает движению транспорта. Акбар так бы, наверное, и превратился в новый дорожный знак, типа, «Осторожно, ротозей!», если б не случайность. На него наткнулся ехавший на крутой иномарке Пуп Земли. Пуп притормозил и сказал:

– Ну что, опять полное фиаско?

– Оно, – очнулся Акбар.

Пуп Земли на всю улицу рассмеялся.

– А ты не унывай, – сказал он. – У Апостола железная воля. Расскажи лучше, что он тебе сказал.

– Ну, сначала папками швырялся, – начал Акбар.

– А потом?

– А потом рассердился. Какое, говорит, ты имеешь право давать мне взятку средь бела дня?

– А потом взял?

– Нет, не взял. Велел всё бросить в мусорную корзину и бумагами забросать.

– Да? – сразу же заинтересовался Пуп Земли. – Так и сказал: «Средь бела дня»?

– Так и сказал, – печально подтвердил Акбар.

– Так это же замечательно! – неожиданно сказал Пуп Земли. – Значит, он тебе стал доверять. Завтра же смело иди к нему.

– Опять?! – схватился за голову Акбар.

– Не опять, а снова, – поправил его Пуп. – Только теперь вот что…

Пуп не договорил, оторвал руку от руля и почесал затылок.

Акбар подождал.

– Ну? – спросил он нетерпеливо.

Пуп сделал индифферентное лицо и снова почесался.

– Я слушаю, – наклонился поближе к нему Акбар.

– Э-э-э… – на Пупа неожиданно накатило косноязычие.

Акбар сообразил, рука его потянулась к карману, после чего к Пупу тут же вернулась способность говорить.

– Он тебе объяснил, что средь бела дня нельзя давать взятки?

– Объяснил, – согласился Акбар.

– Ну так в чём дело? Сегодня же вручи ему подарки не днём, а ровно в полночь. Это ему наверняка понравится. Он ждёт от тебя культуры взаимоотношений, понял?

После этого Пуп Земли испарился, а Акбар, постанывая от тяжести предстоящих расходов, поспешил в сберкассу.

На этот раз Пуп оказался прав. Когда в полночь Акбар вежливо поскрёбся в дверь квартиры Апостола, тот встретил его очень радушно.

– Ну теперь, вижу, соображаешь. Проси, что хочешь.

У Акбара, как у влюблённого перед первым поцелуем, сердце подступило к горлу.

– Жених у дочери… – не очень складно начал он.

– Ну и что? – сказал Апостол.

– Молочко любит, – пожаловался Акбар.

– Ну так дайте.

– Не можем. Нет такого, – сказал Акбар. – Ему птичье подавай.