Лучший из нас

 – Давайте вновь поищем людей в округе хотя бы в радиусе ста метров! – Так они и сделали.

Софи отрицательно покачала головой и указала пальцем на вереницу безжизненных тел. – Там Майкл. – Сквозь слезы выдавила она.

Я взглянул туда, куда указывал ее палец и тут же опустил ее руку. – Эй послушай. – Говорил я. – Это несчастный случай, мы ничего не могли сделать. – Я горячо обнял ее и почувствовал, как она рыдает. Мне было ее безумно жаль.

– Посиди тут, отдохни, – сказал я ей.

– У тебя все лицо в крови, дай посмотреть.

 – Ответила она.

Я взял ее руки и положил ей на колени. – Позже. Я сейчас подойду, жди здесь.

Среди выживших, были те, кто слонялись в шоковом состоянии, были и те, кто молился в полный голос, читая заученную когда то молитву.

– Поминай нас, благоприятных молитвах твоих… – Вторил седовласый дед, над своей погибшей женой.

Были и те кто сидел, неподвижно облокотившись об остатки лайнера или же стоял над трупом еще недавно живого товарища. Большинство тех, кто не пострадал, занимались благородными делами: помогали покалеченным, подносили им воду, переносили тела, успокаивали.

Я шел вдоль лежащих, неподвижный людей и всматривался им в лица, нужно во что бы то ни стало найти Майкла и убрать с глаз Софи.

– Черт подери! – Кричал один из пассажиров. – Вытащите эту штуку из меня!

– Он пришел в сознание! – Сказал один из тех кто решил ему помочь.

Молодой парень, что вопил на всю округу истошным криком, был одним из студентов. Рядом с ним собрались его друзья, чтобы поддержать, но они не в силах ему были помочь – из груди торчал железный прут, весь в вымазанный кровью, он загибался как крючок у самого основания.

– Тише… Тише… – Успокаивала искренне его подруга, но он не слушал ее.

– Делайте же что ни будь! Я умираю! – Раздирал он глотку.

А я шел дальше, пока не увидел того кого искал.

Такое тяжелое чувство, где то глубоко внутри, его невозможно выразить словами, оно просто есть и ничего с этим не поделать. Вот есть человек – плоть и кров, смех и слезы здоровый и жизнерадостный, у него были планы на жизнь, он о чем-то мечтал, хотел чего-то достигнуть.

Свыкнуться с тем, что его больше нет, и никогда не будет с нами вот так сразу не возможно, еще сутки назад мы стояли в магазине цифровых фотокамер, выбирая объектив, а уже сегодня он лежит неподвижно, побелевший с пустым, безжизненным взглядом. Сомнений быть не может – он погиб, хоть и на нем не было видимых ран, тепло покинуло его тело пару часов назад.