На самом краю

Хотите еще раз сутки отлеживаться? А потом еще? Только я не уверен, что на третий раз от вас что-то останется, понимаете?

– Понимаю, – ответил Андрей, – но помогать вам клепать эту липу я не буду.

– Ну что ж… – следователь нажал кнопку, установленную на столе.

Вошел сержант и вопросительно посмотрел на следователя.

– Я выйду, кофе выпью, пожалуй, – следователь встал, – а вы побудьте с подозреваемым, а то он тут грозился руки на себя наложить.

– Так точно, – хохотнув, ответил сержант.

Следователь вышел и запер за собой дверь.

– Ты что, гнида, – начал наступать на Андрея сержант, – права тут качать вздумал?

Он с размаху врезал дубинкой Андрея по плечу. Боль пронзила все тело, но Андрей стиснул зубы и закрыл глаза. Когда-то давно, в каком-то случайном самиздате он прочел у какого-то позабытого автора-лагерника, что терпеть надо насколько вообще возможно. Слезы и сопли пытаемых только раззадоривают садистов и палачей. Стойкость приводит их в ярость, но при этом почему-то также и охлаждает их активность.

Удары сыпались просто градом. Андрей как мог, закрывал голову, но руки были сцеплены наручниками, и потому это удавалось не вполне. В конце концов, он снова упал с табурета и увидел кафельный полутемный коридор и где-то вдали свет какой-то тусклой лампочки…

***

Он снова очнулся под утро на полу, но на сей раз к нему подошел Юрка-Бычок.

– Не боись, думаю, что твое дело в шляпе! Я сегодня откидываюсь, ухожу, короче… Есть один человечек, я ему шепну, он тебя вытащит.

– Какой еще «человечек»? – простонал Андрей.

– Не боись, говорю. Надежный человечек, и не из наших. Он мне обещал хороший куш, если встречу такого, как ты. Но только смотри, если брехал, что ты из этих… восьмидесятых… то не знаю, как он с тобой поступит. Он вообще суров, это точно.

– Не брехал я… – снова простонал Андрей, – если бы решил брехать, чего-нибудь поумнее придумал бы…

– Ну и хорошо. Ты держись, короче, время тяни, с мусорами не заедайся, требуй чего-то, мол, а что мне за это будет, если подпишу? И тому подобное.

– Лады… – тихо выдохнул Андрей, и снова почувствовал во рту вкус крови.

Глава 4

Андрей лежал с полуоткрытыми глазами, и ему казалось, что мир остановился. У него не было никаких мыслей, точнее они текли как-то отдельно от него.