На самом краю

Я думал, что, может быть, вы подскажете… Берци говорил, что вы много знаете об этом.

– Берци болтает, сам не знает, что, – бросил серый человек.

– Как так? – удивился Андрей. – Зачем же я тогда здесь?

– Зачем? – спросил Серый, пристально рассматривая Андрея. – А затем, что с себе подобными общаться как-то веселее, чем с себе различными… Не так ли?

– И это все? – удивился Андрей.

– Ну, в известном смысле… Просто мы пока в слово «общение» вкладываем разный смысл.

– И все-таки, что же мне делать?

– Уходить, – ответил Бородатый. – Но на этот раз вы будете уходить под нашим наблюдением, чтобы максимально снизить вероятность конфликта реальностей. Вы получите все необходимые инструкции, и с богом. На другом конце вас встретят.

– И все-таки, что я должен буду для вас сделать?

– Не сделать, – твердо сказал серый человек, – а делать.

– Допустим. И что я должен буду делать?

– Жить, наблюдать, помогать другим. Изучать, анализировать, записывать и быть по возможности продуктивным, – ответил за серого бородатый.

– Это все?

– Это гораздо сложнее, чем вы себе можете представить. Это очень трудная, но при этом безумно интересная жизнь. Впрочем, как трудность это воспринимается лишь поначалу, когда идет ломка стереотипов.

– Почему в дороге? – удивился Андрей.

– Ну, потому что, это будет не последний ваш переход, – ответил Бородатый.

– Мы надеемся, во всяком случае, – добавил Серый.

– Когда я должен буду уйти? – спросил Андрей.

– Завтра, видимо. – Ответил Бородатый. – Но вы пока еще никак не высказались.

– О чем, собственно? – удивленно спросил Андрей и пожал плечами, – Выбора у меня, как я понимаю, нет, все равно.

– О, это сколько угодно. Но не торопитесь, мы еще встретимся. Вы должны все понять, все взвесить, почувствовать и решить для себя. В конце концов никто не доказал, что жизнь, скажем, Берци хуже моей или вашей прежней. Просто «люди в дороге» – это образ жизни и мышления, если хотите.