Темный: Ученик

Рыжеватая девица зажмурилась в испуге и подняла руки. В первом слое темени происходящее напоминало черно-белую фотографию с той лишь разницей, что в ней не было теней и ты мог пройти между людьми. Артем подошел к грабителю с сумкой.

Ударил его в челюсть и отправил головой вперед в полупустой сейф. Двоим с дробовиками не повезло больше. Он развернул обоих друг к другу, чуть расставив их на расстояние и нажал спусковые крючки.

Оба дробовика оказались заряжены боевыми. Пройдя под вспыхнувшими серым огнем как под аркой Артем с улыбкой выхватил сумку с деньгами и вышиб ногой дверь, через которую вошли грабители.

В Темени вся операция заняла около пяти минут, но для реального мира и тех несчастных все заняло секунд тридцать. Выйдя в реальный мир Артем как ни в чем не бывало прошел до своей машины и закинул сумку на заднее сиденье.

Уже в машине, он услышал несколько приглушенных хлопков похожих на выстрел, а за ними истерический визг девушки.

– Ой! Совесть проснулась! Это же надо, а?! Вошли и застрелились.

Тихие будни Темных неисходных в Патруле потерпели потрясение впервые спустя шесть лет после последний событий. В офисе Юрия Николаевича раздалась телефонная трель. Он молча принял вызов, который оказался телепатический наводкой.

– На углу К. Маркса и Первомайской было совершено ограбление Быстро-банка «Займи-ка!» грабителями были трое людей, но им помешал неисходный. Двое застрелены насмерть, другой в глубоком нокауте. Свидетелей среди людей нет. Юрий положил трубку и сорвался с места. Почти пробегая по коридору он шепча приговаривал: – Хоть бы не он! Хоть бы не он!

Глава 2

Каждый, новый мартовский сезон, был ненавистен Артему. Если в городе благодаря подземным коммуникациям, горячим трубам снег сходил значительно быстрее, то только не за пределами города.

За городом же зима как немец под Москвой держалась до последнего. Заснеженная дорога чередовалась гололедом, а по обочинам комья снега создавали ледяной коридор. – Проклятие – ругнулся Артем. Даже первый слой темени не спасал машину от периодических заносов. Решив не тратить силы он вывел себя в реальный мир и как простой смертный молился, что подвеска не будет убита, а колеса не предадут.