Слушаю и повинуюсь

О Великий Аллах, почему ты не дал этому созданию острых клыков? Он откусил бы все пуговицы и сорвал с гладких плеч шелковистое одеяние, обнажив груди, спрятанные за кружевами бюстгальтера.

Нет, Артем ковырялся почти две минуты, пытаясь непослушными пальцами властвовать над ускользающими пуговичками. Понятно, что ему это не удавалось, ведь ещё надо было предаваться страстным лобзаниям и при этом успевать дышать. В конце концов Катя сжалилась над неловким, но жгучим любовником и сама пробежалась по непослушным кругляшкам.

Блузка спала и глазам Артема ибн Петра открылось чарующее зрелище двух упругих, как китайские персики и округлых, как песчаная груша, грудей. Не сомневаюсь, что мои были лучше, но у девушки они тоже были ничего… А когда Артем победил в трудной борьбе крючки на спине, то и вовсе застыл на минуту, очарованный открывшимся зрелищем.

Плоский живот покрылся поцелуями, заставив Катю прогнуться в спине и издать легкий стон сладострастия. Она сжала пальцами плечи Артема, оставив там следы коготков.

Мой господин издал тихий рык, похожий на храп абиссинского кота. Катя в ответ тихо промурлыкала, глядя на него повлажневшими глазами.

Руки Артема словно жили отдельной жизнью от своего господина. Они то нежно прикасались и отдергивались, то с силой оглаживали тело Кати. Мне на какой-то миг показалось, что у него их не две, а целых четыре, так он старался приласкать каждый кусочек бархатистой кожи.

Я сидела на телевизоре и смотрела на разворачивающуюся передо мной картину страсти.

Обычно всё происходило наоборот – Артем сидел на диване и смотрел на схватку двух, трех или четырех тел на экране. У экранных персонажей всё было отрепетировано, а тут всё происходило спонтанно, но зато от души.

Вот в сторону отлетели джинсы, и Артем остался в сексуальных семейных труселях в горошек.

Спустя несколько мгновений рядом упали и шорты, которые Артем услужливо даровал гостье взамен порванной юбки. Колготки мой господин решил оставить, ласково проведя ладонью по треугольнику танго.

Катя отозвалась на ласку стоном и прижала Артема к себе. Она скользнула ручкой за резинку трусов и сжала витязя моего господина в ладошке.

– Ой, какой он огромный, – прошептала девушка.

Да не такой уж и огромный… среднестатистический, но такие слова понравятся любому мужчине, поэтому я не удивилась, когда увидела на лице Артема горделивую улыбку.

Семейные трусы очутились на полу спустя полминуты.