Сияние камней

Выйдя на перекресток, я свернула направо и, пройдя вдоль купелей клириков, свернула налево, на более узкую, нежели Крест, дорогу, которая услужливо вела прямо к библиотекам. Дорога к библиотекам шла между купелями и семинарией мейстеров. Вспоминая нашу миловидную целительницу вспомнила шестилетнюю себя… как же хорошо, что моя способность манипуляции святостью проявилась достаточно поздно. Голос в голове сделал для меня довольно много, но вот за то, что он сказал, как, терпел долгие часы мою детскую глупость и нежелание терпеть боль, за то, что помог мне подавить и заблокировать в себе эту способность, за это ему отдельное спасибо.

Сейчас мне всего пятнадцать, и я многого о клириках не знаю, но уже сейчас видно, как же паршиво родиться с этой способностью. Тех, кому такая жизнь по вкусу ничтожно мало. Мира тому доказательство – она готова в ногах у нас валяться, благодаря за год свободы.

– А я у тебя спрашивала, что делают с теми, у кого клирические навыки появляются уже слишком поздно для начала обучения? – уточнила я, когда мы прошли половину пути от Креста до библиотек, миновали семинарию мейстеров и теперь справа был круглый зал архивариусов.

– Спрашивала, – ответил голос, спустя пол минуты. – Но тебе было девять на тот момент.

– Ничего себе у тебя память! – имитируя удивление, воскликнула я.

Голос начал елозить, создавая непонятный шум у меня в голове.

– Это не у меня такая память, – забавным голосом брякнул он. – Я у тебя в подсознании нахожусь и у меня есть доступ, хоть и ограниченный, к твоей памяти, могу оттуда доставать некоторые фрагменты, смотреть.

Я угукнула.

– Так что же с ними делают?

– Если вовремя сообщить в Орден, то делают с такими тоже самое, что и с тобой, просто блокируют эту способность в зачатке. – Рассказал голос. – А если не вовремя, то полное усыпление каналов, мага в человеке убивают. Жестоко, но в этом весь Орден. Есть еще пара исключений из правил, но они касаются тех, у кого способности к святости пробуждаются уж слишком поздно, был сто лет назад такой случай: у орденского крестоносца пробудилась эта способность, а ему было под сорок.

Его вообще трогать не стали, ну, думаю понимаешь, почему – ему до развития навыков святости дела уже не было.

Я подошла к дверям библиотеки и отворила входную дверь. В коридорчике как всегда: чисто и опрятно, длинный ковер приветливо встретил у самого порога, стражник улыбчиво кивнул, а двери в главную библиотеку приветливо отворились.