Сияние камней

Это были, не считая Грегора, ветераны многих сотен сражений, которые прекрасно понимали, что ни простой физической силой, ни мощным магическим напором, одолеть существо, превосходящее по силам и возможностям даже богов – нельзя…»

Несколько страниц было вырвано, потому я не смог узнать, как же они бились с этим врагом, потом был вырванный, но оставленный в книге обрывок листка, надпись была сделана от руки:

«Гектор вернулся в компании двух: пышноволосой женщины и мужчины за спиной которого извивались шесть магических рук, ярко-фиолетовые глаза обоих светились и в нейтральном презрении были направлены на Ведьму.

Архонт указал на символ у себя на груди, Гектор, Грегор и Родар кивнули. Теперь их было семеро…»

Передо мной оказалась самая последняя страница, на которой остался только конец истории двадцатилетней давности:

«Гектор, преисполненный печалью и горечью, упал на колени перед телом своего лучшего друга. Он вынул из его груди стальной прут и отшвырнул его. Если бы гигант мог заплакать, то сделал бы это, ведь в этот день он нанес решающий удар Ведьме, спас множество жизней, но потерял самое дорогое, что у него когда-либо было и будет – любимую женщину и верного друга.

»

Глава 1

– Маркус! Маркус! – послышались крики отца с улицы. – Вылезай давай!

Рано он, я ожидал его не раньше полуночи. Придется вылезать. Я закрыл книгу и положил ее под книжную полку, на выпуклый камень и пошел к лестнице, ведущей из нашего подвальчика.

Закрыв крышку подвала и выйдя из сарайчика, я предстал перед ним.

Отец стоял чуть ли не красный от злости, и я понял, что сейчас будет очередная лекция о том, что нельзя пропускать занятия в академии. Секира уже стояла где обычно – облокочена о стену нашего домика, за углом, слева от двери. Торс, как всегда, наполовину оголен: отец был единственным, кто додумался надевать кимоно под доспехи, а сейчас, когда броня была сложена в прихожей, он убрал левый рукав за кушак сзади, с правой стороны у него был внутренний карман, где он держал табак для трубки.

– Почему наставник Курий жалуется, что ты уже две недели не посещал занятия по боевым искусствам? – от звучного голоса бывалого воина становилось не по себе, приходилось щуриться. – У тебя экзамены через две недели!

Еще и в академию умудрился успеть зайти. Я вздохнул, но прежде чем ответил, отец продолжил напирать:

– Я помню, что воин в твоем отряде это не ты, не надо мне тут кидать это в лицо.

Сурово сломал он мой ключевой аргумент.