Отчет следователя

– Хорошо, – я сказал это, понимая, что для другого, я бы этого не сделал, – это ваш адвокат или родственник?

– Нет, это мой коллега, он встретит моего сына в аэропорту, когда он прилетит через две недели из английской школы. По всей видимости, я не буду иметь возможности сделать это сама.

Я мрачно шлепнулся обратно на стул – час от часу все хуже.

– У вас ребенок, а вы, вместо того чтобы заниматься им, занимаетесь отстрелом представителей власти? И что, за ним присмотреть некому? Ваш муж или родители не могут его встретить?

– У меня никогда не было ни мужа, ни родителей.

Мне стало вдруг безумно жаль ее, хотя к жалости ни ее манеры, ни поведение ее не располагало. Злясь на себя, я бросил:

– Так вы теперь хотите, чтобы и у вашего ребенка матери не было?

Она опустила взгляд, впервые избегая смотреть на меня. Так, надо мне взять себя в руки, не то я черт знает что наговорю.

– Ладно, простите. Сколько лет ребенку? Семь-восемь?

– Девять.

– Ясно. Поскольку у вас малолетний сын, а на зама губернатора еще раз вы напасть не будете иметь возможности, сделаю вам подписку о невыезде, – я вынул из ящика стола бланк, когда поднял голову, серые глаза смотрели на меня с удивлением:

– Вы серьезно?

– Я никогда не шучу с мерами пресечения, – сухо ответил я ей.

– Да.

– И еще одно. Если потерпевший вдруг умрет – мне, вероятно, придется изменить меру пресечения. Вы окажетесь в СИЗО. Так что, упаси вас бог попытаться навредить ему.

Она внимательно смотрела на меня, склонив голову на бок:

– Я думаю, мне это больше не понадобится.

Почему-то мне показалось, что за этими словами стоит не столько страх оказаться в следственном изоляторе, сколько и что-то иное.

– И по итогу вам придется объяснять, по какой причине вы напали на заместителя главы города, так что начинайте писать связную речь.

В серых глазах мелькнула насмешка, интересно, что смешного я сказал? Чтобы скрыть собственную обескураженность, я выудил из ящика стола ключи от наручников, приблизился к ней, и склонившись над ней, разомкнул браслеты. Кому другому я велел бы встать и вытянуть руки.