Несправедливость

Ну так, где ты? Я тебя жду! Появись, попробуй меня поймать. Я готов.

Спустя минут двадцать он дошел до школы – до самого ненавистного для него здания.

Услышал громкие шаги позади себя, будто четверо шагали одновременно, в одном темпе. Он моментально развернулся.

– Привет, Дим, – сказал улыбчиво Вова.

Ну что же тебе от меня нужно-то? Откуда ты мое имя знаешь?

– Что? – холодно спросил Дима.

– Я вот тебе вчера звонил вечерком, знаешь, пообщаться, поразговаривать. Ну, как люди, а ты вот не ответил. Обидненько просто.

Ладно, хрен с ним. Как дела-то, сокамерник?

Кроме имени он еще знал и номер телефона. Каким чертом он вообще влезает в личное пространство? Да и кто ему, сука, сказал номер и имя?!

– Откуда ты имя с номером знаешь?

Осталось добавить только «мразь», а может «ублюдок», или «тварь». Не-а, надо с большой буквы – «Тварь», уважение хоть какое-то.

– А, так я это… – он рассмеялся – У классухи нашей спросил. Такая стремная тетка, как ты с ней учишься уже год? Ладно, это неважно.

В общем, я спросил у нее твой номерок, ну и имя соответственно. Не бойся, по твоему лицу я вижу, что я тот еще засранец, так что могу тебя порадовать: адрес твой не спрашивал.

– Ладно, пошли на учебу, – сказал со злостью Дима и развернулся.

Оставалось несколько минут до начала первого урока. Дима даже не знал, в какой кабинет ему нужно. Вова шел позади и улыбчиво за всем наблюдал. Может, он знает какой сейчас будет первый урок?

– Че у нас первым, ты не в курсе, случайно-ли? – Дима чуть повернул голову назад, чтобы услышать ответ.

– Утром смотрел, в расписании был русский.

Кабинет на первом этаже, сто семнадцатый. Этот кабинет не предназначен для русского языка. Раньше в нем располагался учитель по математике, а потом он переместился в другое место, на второй этаж. Но кабинет пропитан духом этих бессмысленных чисел, а сейчас его пропитывают словами, такими же не менее бессмысленными.

Везде висят портреты математиков и физиков – еще снять не успели; на зеленой-блевотной доске написано: «С днем знаний!».

Рядом проходили учащиеся, заглядывали внутрь, будто мысленно сочувствовали тем, кто попал именно в этот кабинет.

– Слушай, а может я к тебе пересяду, а? – прервал тишину Вова. – Может, повеселее будет, мы же отдельно сидим, так скучно все-же. Тебе ли не знать? Хоть какой-то фигней может позанимаемся. В этой школе скучно, – последнюю фразу он сказал шепотом, будто не хотел, чтобы все услышали этот всем известный факт.