Мэвр

Отдельные детали, вроде тяжёлого квадратного подбородка или массивных бровей, никак не удаётся собрать в более-менее общую картину.

– Я…

– Вам тяжело говорить?

– Что?

– Вам тяжело говорить? – повторяет мар Оумер медленнее.

– Нет.

– Хорошо. Хотите пить?

Юдей глубоко вздыхает, прислушивается к себе.

– Да.

– Тогда сейчас я налью воды в стакан, сниму ремни и дам его вам. Хорошо?

– Хорошо.

Он двигается мягко и быстро, с опасной грацией хищника, хотя в первую секунду Юдей кажется, что обладатель такого массивного тела обязательно должен быть неуклюжим.

Широкие плечи, длинные руки. Гость постоянно остаётся в тени, так что рассмотреть его как следует не удаётся. Тогда Юдей закрывает глаза и принюхивается. Обострившееся обоняние тут же вычленяет лёгкий след пота и духов медсестры, какой-то яркий химический запах, исходящий от белья и одежды, призрачный кисловатый аромат инъекции и сырой штукатурки, сухой дух дерева. Хэш Оумер будто бы не пахнет вовсе.

«Но ведь это невозможно».

– Пожалуйста, не открывайте глаза. Прошу.

Юдей подчиняется, чувствуя, как ослабевает давление на ногах, потом выше – на бёдрах, на поясе, груди, обеих руках и, наконец, шее. Ей тут же хочется открыть глаза и поблагодарить спасителя, но что-то удерживает. Будто в словах гостя скрывался гипнотический приказ.

«Свой», – думает Юдей и тут же понимает, что эта мысль принадлежит не ей, а кому-то другому. Тому, у кого только-только появился голос в её голове. Юдей напрягается, ёрзает и всё-таки открывает глаза.

Хэш Оумер стоит рядом с кроватью, держит стакан, наполненный до краёв. Мужчина выше, чем Юдей представляла, но поражает её совсем не это. Хэш не человек.

Кожа на его лице и руках – иссиня-чёрная и будто матовая. Цвет настолько неестественный, что больше походит на грим.

«Но зачем…»

– Слишком рано, гэвэрэт Морав. Торопливость может вас погубить, – говорит он, протягивая стакан. – Держите. Лучше левой. Правая сильно повреждена и до сих пор не восстановилась.

Юдей пытается взять стакан, но едва-едва отрывает руку от покрывала. В носу щиплет. Хэш склоняется над кроватью, бережно просовывает руку под плечи женщины и приподнимает её. Второй он подносит стакан к её губам. Юдей пьёт жадно, так что даже не сразу замечает, что вода ледяная. Кашель не заставляет себя долго ждать, но у пациентки хватает сил повернуть голову в сторону от посетителя.

– Торопливость, помните? – напоминает Хэш, садясь рядом.