С мечтой не прощаются

На чёрно-белых обложках были изображены иолантийцы с яростно перекошенными лицами, пуляющие из огнестрелов; хищники с разверстыми зубастыми пастями; поверженный воин, на горле которого смыкались страшные челюсти без туловища и даже без ясно выраженной головы… На другой обложке человек пятнадцать, измождённых и оборванных, кажется, ещё и больных, плыли по неприветливому морю, среди холодных волн, в какой-то странноватой лодке… И, вроде бы, лётчик за штурвалом самолёта, вспыхнувшего от удара молнии.

Хозяин продолжал выкладывать книги на стол, что-то откапывал в шкафу.

– О!

И выложил книгу без страшной картинки на обложке.

– Вот, возьмите тоже. Это грамматика нашего языка.

– Гелон, вам разве не нужна?

– У меня есть ещё. Я же её и писал.

…Они вышли на улицу, когда Альзан склонялся к крышам домов. Оранжевое светило на здешнем небе выглядело раза в три крупнее, чем Солнце над Землёй. И если Солнце можно называть золотым, то Альзан горел пронзительным блеском чистой меди.

Инна то и дело прочищала горло.

– Кхм-кхм! Горек хлеб переводчика… А кстати, здешний хлеб ну ужасно вкусный!

– Да уж! – отозвался Ярослав. – Заметил я, как ты на него налегаешь. И у правителя, и тут.

Физик, небрежно кинув «О вы, гости…», резко повернулся и зашагал прочь.

– Чего же он? – проворчал Артур. – Не проводил, дорогу не показал…

– Плевать, – успокоил Ярослав. – Я запомнил, как ехали.

– Папа у нас штурман… – приласкалась Инна.

Ярослав уверенно вёл дочь и друга по захламлённым улицам, среди безликих домов.

– «Жизнь мстит за радость»! – воскликнула Инна. – Как можно жить с таким видением?!

– А под конец, – напомнил Ярослав, – он сказал о каких-то островитянах. «Они на своём острове жили радостно. И чёрт их наказал. И вы в вашей радостной стране остерегайтесь!»

За разговором они незаметно вышли на проспект, к знакомому продуктовому магазинчику. А потом – и к площади, посреди которой нездешним архитектурным шедевром красовался «Иван Ефремов».

…Физик быстро шагал дворами и переулками, спрямляя путь к Ядерному Центру. Устаревшее название. Особенно теперь, когда он с помощниками проник до основ мироздания. Теперь надо обдумать, как рациональнее провести подготовку к эксперименту. Который, кстати, может обернуться фейерверком – но и это, в случае чего, не беда. Всего лишь хорошая физика[6 - Слово Энрико Ферми по схожему поводу.].