С мечтой не прощаются

А судьба между тем делает иногда странные подношения, которых не хотим понять – нам некогда. Отмахиваемся от них, стараемся забыть – чтобы не отвлекали от текущих, разумеется, очень важных дел. Древние римляне заметили: покорного судьба ведёт, упрямого тащит. Но мы сплошь и рядом доводим до того, что судьба, оскорблённая нашим неразумием и неверием, перестаёт нас тащить. И швыряет на глухие, окольные тропы. И мы бредём по ним, скользя в грязи, расшибая пальцы ног о камни и корни деревьев. И завидуем тем, кто проносится где-то рядом, по ярко освещённой трассе Мечты.

А отвергнутые нами подарки не забываются – лишь отступают в подсознание, и всю жизнь напоминают о себе, тревожа и мучая.

* * *

Два пилота и бортинженер сидели в коридоре на выступающем кожухе трубопроводов. Через несколько минут пора было сменять Мориса в центральном посту. Фарнзуорт уже хотел идти, но Амбурцев остановил его.

– Подождите, Эдвин. Пусть дежурит до конца, дисциплину чувствует…

– Меня вчера наши дамы насмешили, – сообщил Тагрин.

 – Хотел рассказать, да КРАПы с толку сбили. Откуда взялись?

– Не отвлекайся, – подтолкнул Амбурцев. – Что дамы?

– Приняли нас с Эдом за инопланетян. РБЗ никогда не видели. Мы же работали в реакторной. А Марии вздумалось осматривать помещения. Ну и подняла переполох. Ленку с места сорвала…

– А Лена разве не знает?

– Так она же не по двигателям специалист.

– Много болтаем в кают-компании про инопланетян, – иронически объяснил Амбурцев.

 – Хотя сами в них не очень-то верим. Так?

– Ну, может быть… – признал Тим.

Фарнзуорт ушёл. Минуты через две мимо них деловито прошагал Морис, на ходу улыбнувшись и качнув ладонью.

Инженер отправился в агрегатную, настраивать регуляторы. Капитан пошёл в станцию.

Он уже много раз проходил по этим коридорам – прямым, коленчатым, плавно изогнутым, отделанным зеленоватыми и сиреневыми панелями. Открывал двери со скруглёнными углами. Проводил рукой по столам, шкафчикам, сиденьям и подлокотникам кресел, по корпусам приборов и футлярам кассет.

В принципе, на всём должна была лежать пыль. Но она мало где обнаруживалась… Он знал, что Тим и Морис, а тем более Фарнзуорт, не склонны без дела бродить по пустой станции. Пассажиры – те откровенно побаивались. «Не станция, а какой-то замок с привидениями» – выразилась Лена в кают-компании.

Кто-то ещё тревожил станционную пыль.

Иногда ему чудились шорохи, лёгкие шаги, тихие голоса.