Те слова, что мы не сказали друг другу

– Ни за что на свете!

– Ты тоже что-то имеешь против Квебека?

– Я провел там полгода в невыносимых муках, похудел на три кило, и уж конечно не намерен снова набирать их за несколько дней. Квебекские рестораны притягательны до ужаса… как, впрочем, и их официанты! Кроме того, меня отнюдь не привлекает роль второго номера.

– Почему второго?

– Если я верно понял, номер первый отказался с тобой ехать?

– Это не важно! Ты все равно мне не поверишь.

– Может, для начала стоило бы объяснить, что стряслось?

– Даже если я объясню все с самого начала, ты ни за что не поверишь.

– Ну, предположим, что я круглый дурак… А вот скажи мне, когда это ты позволяла себе отдыхать целых полдня в начале рабочей недели?

И видя, что Джулия упорно молчит, Стенли продолжал:

– Ты врываешься ко мне в магазин в понедельник, с утра пораньше, при этом от тебя разит кофе, которого ты терпеть не можешь. Под твоими румянами – кстати, весьма халтурно наложенными – помятая физиономия человека, который спал считаные минуты, и в довершение всего ты просишь меня бросить все дела и заменить твоего жениха в свадебном путешествии.

– Вот уж нет! – возмутилась Джулия.

– Ладно, считай, что я ничего не спрашивал. Тогда кого или чего ты боишься?

– Ничего я не боюсь…

– Ну вот что, моя дорогая, у меня полно работы, и если ты мне больше не доверяешь, то лучше я займусь своей описью, – прервал ее Стенли, делая вид, что хочет уйти в дальнее помещение магазина.

– Когда я пришла, ты сидел и зевал над книгой! Так что врун из тебя никакой! – со смехом сказала Джулия.

– Ну наконец-то я больше не вижу эту мрачную мину! Хочешь, пойдем прогуляемся? Скоро откроются магазины, а тебе наверняка нужна пара новых туфель.

– Видел бы ты, сколько у меня в шкафу обуви, которую я ни разу не надела!

– Но я собирался купить туфли не для того, чтобы ты их надела, а чтобы поднять моей подруге настроение.

Джулия взяла в руки маленькие позолоченные часы. Стекла на циферблате не было. Она легонько провела по нему пальцем.

– А они и вправду очень красивые, – сказала она, сдвигая назад минутную стрелку.

И, словно проснувшись от ее прикосновения, часовая стрелка тоже деловито пошла в обратном направлении.