Перевернутое сознание

Я БОЮСЬ, И ДРОЖЬ БЕЖИТ ПО ТЕЛУ ПРИ МЫСЛИ О РАССКАЗЕ О ТОМ, ЧТО Я ЧУВСТВУЮ НАТАЛИ. Вдруг она меня обсмеет? НЕТ-НЕТ! ОНА НА ТАКОЕ НЕСПОСОБНА! Я расскажу ей, но мне еще требуется время.

Я ДАМ ЕЙ КЛЮЧ ОТ ДУБОВОЙ ДВЕРИ В МОЕМ СЕРДЦЕ!!!

Об этом я думал, томясь на уроке химии. А потом, с чего мой взгляд упал на Оксанку Молкову, я так толком и не понял. Скорее мой взгляд упал не на нее, а на ее черные кружевные трусы, которые торчали из-под юбчонки. Это даже и не трусы, а трусики, можно сказать, или по-иному стринги – то есть прикрывают лишь шов между двумя ее плюшками.

Я представил, как она стоит перед зеркалом и тянет-тянет свои черные трусы, так что того и гляди до ушей дотянет. А тут еще мама к ней подходит и говорит: «Дочка, тебе помочь трусы до ушей дотянуть». А затем отец еще подходит, и получается в итоге, как в сказке про репку. И теперь все могут рассмотреть, что у нее на заднице. А когда наденет к тому же и юбчонку, которая не доходит до бедер, то вид открыт для любопытных глаз, что аж можно рассмотреть детально форму кружева. Как это дерьмово и отвратительно! Я ненавидел эту Оксанку, эту шлюховатую дуру, – прямо как та мадам, которую я видел, выходя из винного магазина, а потом напился в саду. И нравится ей носить юбчонку, которая так сползает, что если бы не было трусов, которые хорошо растянуты, можно было бы видеть начинающийся шов. УРОДСТВО! А было дело, что Юлька пришла в джинсах на типа юбки этой шлюховатой Оксанки. Я увидел ее спереди. Вы бы видели это! Они так сползли, что я удивлялся, почему не видно волосни. КОШМАР! Но Серому тога это очень понравилось, он то и дело бросал взгляды на ее зад. Не понимаю, зачем носить такую дерьмовую одежду, изобретенную каким-то извращенцем. Но с другой стороны, если тебе она в кайф, то хотя бы одень длинную футболку, чтобы прикрыть «задний» и «передние» виды, но нет же! Наденут футболочку, которая сиськи-то ель прикрывает. Я понимал, что нужно отвернуться и не смотреть на ее сраный зад – это ОТВРАТИТЕЛЬНО, ПОШЛО И ГОВЕНО, но его точно прибили к нему громадными гвоздями, а один говнюк в моей тыкве вышел со мной на оперативную связь и таким щепелявым голоском стал подзадоривать меня, и пускать мне в башку эти поганые, порнографические, извращенные мысли, – этого говнюка звали ДЕМОН. Самое главное, что ты четко сечешь, что это гадость и нужно отвернуться, но внутри тебе хочется (безумно хочется!!!) смотреть, а эти извращенные мысли кажутся даже уж и не такими извращенными.