Пересечение снов

Пересечение снов

Марк Котлярский

Жанр книги «Пересечение снов» определен автором как микророман, а если говорить о способе реализации поставленной задачи, то его можно отнести к т. н психоделической литературе, когда повествование строится не на конкретном сюжете, а на зыбких ассоциациях. «Пересечение снов» – это не хронологически выстроенная история, а «пересечение ощущений», история этих ощущений, возникающая в зависимости от настроения героя. Наверное, так и должно строиться повествование о первой любви, которое по ощущениям прерывисто, как пульс, и неровно, как биение сердца.

Марк Котлярский

Пересечение снов

Микророман

Посвящается Ирине Макаровой.

Повесть о романе, или Роман о повести

Собственно говоря, это повесть первой любви – повесть о несостоявшемся романе, но – в то же время – это и роман о состоявшейся повести – повести первой любви.

Важно не запутаться в жанрах, потому что я пишу – скорее – историю ощущений, а не сюжет, где все прописано от начала до конца, где соблюдены законы жанра, где сюжетные линии вьются незатейливо и неприхотливо, подобно сплетенным лианам, где есть вступление, завязка, конфликт, развязка и – обязательно – некая мораль, которую порой так требует неискушенный читатель.

Наверное, в этом микроромане я сочту себя последователем Катаева, но не всего его творчества, столь непомерного, как огромный, запыленный шкаф, а – позднего, – названного им самим же «мовизмом».

Чтобы быть понятнее, я процитирую фрагмент из его романа (романа?) «Алмазный мой венец», посвященный Бабелю:

«Конармеец верил в законы жанра, он умел различить повесть от рассказа, а рассказ от романа. Некогда и я придерживался этих взглядов, казавшихся мне вечными истинами.

Теперь же я, слава богу, освободился от этих предрассудков, выдуманных на нашу голову литературоведами и критиками, лишенными чувства прекрасного. А что может быть прекраснее художественной свободы?

…Это просто новая форма, пришедшая на смену старой.

Короче говоря, простите и мне мой «моветон», но тон моего повествования отнюдь не побежит по привычной дорожке, а полетит в стремительном небе ассоциаций.