Между небом и землей

– Что я могу сказать? У меня есть эта странная тяга к счастливым концовкам.

Тесса не могла не улыбнуться, испытывая облегчение от того, что он все еще помнил подробности их разговора. Тот самый разговор, который она прокручивала последние три месяца в голове десятки раз, слово за словом.

Прежде чем Тесса успела ответить, позади них раздался женский голос.

– Вот это я называю финишем!

Скайлар закатил глаза: «Вот черт».

Это было такое «Вот черт», которое подростки издавали только тогда, когда приближались их родители.

– Господи, мам, ты не могла бы, пожалуйста, быть посдержанней в проявлении чувств на публике?

Мама Скайлара неохотно отпустила сына, а затем заметила Тессу, которая молча стояла напротив нее. Через мгновение глаза его мамы расширились в озарении.

Стоп, что? Откуда, черт возьми, его мама могла знать, кто она такая?

– Мам, ее зовут Тесса.

– Я не понимаю, – сказала Тесса. – Как вы поняли?..

– Эти голубые глаза, – ответила она. – Скайлар вечно говорил о них.

Скайлар побледнел от смущения.

– Кто-нибудь видит глубокую, темную дыру, в которую я мог бы забраться?

– Знаешь, мы потратили несколько недель на поиски тебя в интернете…

– Мам!

– …но не смогли ничего про тебя найти.

– Так и было задумано, – с гордостью сказала Тесса.

– Видишь? – сказала Скайлар. – Я же говорил тебе. Она такая же, как я.

Мелодия звонка прервала их. Мама Скайлара достала свой телефон из кармана и посмотрела на экран. Когда она увидела, кто звонит, ее лоб нахмурился.

– Это твой отец. – она вздохнула.

– Ответь ему. Скажи, что я выиграл, – сказал Скайлар.

Но мама Скайлара нажала кнопку «Игнорировать».

– Ты можешь позвонить ему позже сам. – Она убрала телефон и повернулась к сыну.

– Нет, – сказал Скайлар, – Я приехал сюда. Я собираюсь провести выходные с дедушкой. Но сначала я хотел бы узнать, не хочет ли Тесса пойти со мной на свидание?

Тесса старалась сдержаться, чтобы не пуститься в эйфорический танец. Ей очень понравилось, что он употребил слово «свидание». Это было совсем не старомодно. Это означало, что он был заинтересован и не боялся сказать об этом.