Дорога к вершине

Впрочем, скорее всего, она объяснялась тем, что между ним самим и Инной с Леной была огромная разница: Гриша мало что знал об Индии и людях, её населявших, и даже о том, где окажется этим вечером, ночью, через сутки. Спутницы же знали всё это наверняка, за их спинами был опыт жизни и путешествий по этой стране, а к тому же у них здесь жили друзья и знакомые, ждущие их, и которые будут рады встрече. Последний факт, на взгляд Гриши, играл ключевую роль.

Придвинув к себе чемодан и поставив его ребром, он сложил на него руки, склонил голову и попытался задремать.

Гриша поднял голову и увидел индийца с обувной щёткой в одной руке и банкой гуталина в другой.

– Сэр, у вас замечательные туфли! Вам их почистить?

Гриша никогда не задумывался о том, что способен убить. Он взглянул на свою сильно запылившуюся обувь и поднял взгляд к подошедшему. В глазах индийца светилась просьба, граничащая с мольбой. Грише стало жалко этого человека, но гнев, что тот потревожил его из-за ненужной глупости, разрастался.

– Благодарю, не надо! – процедил он сквозь зубы.

Индиец, похоже, этого не заметил. Он не отстал, указывая пальцем на обувь.

– Но, сэр, ваши туфли – они запылились! Я мог бы их вычистить!

Грише представилось, как голова индийца разбивается о бетонное покрытие платформы.

– Для-начала-неплохо-бы-их-вымыть, – чётко выговаривая каждое слово, глядя подошедшему прямо в глаза, зло произнёс он, – а лишь затем чистить! Но вам, похоже, это объяснять бесполезно, так?

Видя, что индиец открыл рот для ответа, Гриша прервал его, подняв вверх ладонь.

– Мыть тоже не надо! Просто идите. Уйдите, оставьте меня!

С рельсов пахло застарелой смазкой, плавящейся на солнцепёке. Эти запахи смешивались с ароматами специй и пересушенных фруктов, продававшихся в киоске.

У перрона стоял состав. О том, что это тот поезд, которым они отправятся в Гоа, Лена, Инна и Гриша наверняка не знали: никаких опознавательных табличек, информирующих о маршруте, ни на стенах, ни в окнах вагонов не было.

Вагоны имели синий цвет, были сильно запылены, а окна – зарешёчены.

«Будто арестантский поезд», – подумал Гриша.

Уловив направление его взгляда, только что подошедшая Лена пояснила:

– Решётки установлены, чтобы особо разжарившиеся во время езды путники не высовывались и не выпадали из окон. Метод действенный, вот только со стороны вагоны выглядят довольно мрачно.