Слепые чувства

– Ты как, Рэмбо? – спросил он, попутно осматривая своего друга, – кажись к тебя теперь на один зуб меньше…

– Убью! – Петя сыпал угрозами направо и налево, – разорву на мелкие кусочки! —он был в бешенстве. Кое-как Ване удалось помочь ему встать, и увести его в сторону.

Андрей и его друзья молча наблюдали за этой драмой. На мгновение в зале воцарилось относительное спокойствие, как вдруг…

Оркестр заиграл мрачную музыку, хотя оркестровой ямы здесь и в помине не было. Звук шёл одновременно отовсюду, но сам его источник оставался для ребят невидимым.

Все затихли и уставились на занавес. Он медленно, с тихим скрипом, начал открываться, обнажая голую сцену. Освещение перестроилось, создав на полу большое красное пятно. Музыка затихла, послышался стук трости, и из-за кулис вышел человек. Встав на освещённый участок он замер и элегантно поклонился.

Это был очень красивый юноша – на вид ему можно было дать чуть больше двадцати. На его лице не было ни малейшего дефекта, а в холодном взгляде и плотно сжатых тонких губы было что-то одновременно притягивающее и отталкивающие, а тёмные волосы, уложенные назад, лишь подчёркивали эту холодную красоту.

Он был одет во всё чёрное, и только ярко-красный плащ, переброшенный через правое плечо, выбивался из общей картины.

– Добро пожаловать в Запределье, – медленно, чеканя каждое слово, сказал молодой человек, – меня зовут Левиафан, и я буду вашим проводником в этом удивительном мире. Рекомендую внимательно выслушать меня, ведь второй раз я повторять не буду.

Итак, вы попали в…

– Левиахрен! – крикнул ему Костя, – А давай ты просто отправишь нас назад? Мне сейчас не до игр – я хочу домой, у меня там остались дела.

– Ненавижу, когда меня перебивают, особенно такие недоноски, как ты, – спокойно ответил он.

– Как ты меня назвал? Да я сейчас…

Левиафан щёлкнул пальцами, и у Кости тут же исчезла голова… Однако вместо того, чтобы свалиться замертво он начал в тихой панике метаться меж своих друзей, но те лишь отпрыгивали от него в испуге. Левиафан молча наблюдал за этим пробирающем до мурашек зрелищем, опершись на трость.

Его лицо оставалось таким же холодным и без единого намёка на эмоцию.

– И так, продолжим, – сказал он, вдоволь насладившись зрелищем, – если вы хотите вернутся домой, то у меня для вас плохие новости: дороги назад в ваш старый мир уже нет.

Ребята загудели, но никто из них так и не решился перебить Левиафана.

– Вижу вы мне не верите, – глядя на их реакцию сказал он, – ваше право.