Я подарю тебе жизнь

Ответа на мой вопрос, как и в тот раз у лифта, не последовало. В этот раз, увидев эту девушка снова, уже с более близкого расстояния, я был поражен, глядя на её бледное, так и выражающее потерянное и измученное лицо. Она просто смотрела на меня, но если выражаться точнее, казалось, что смотрели сквозь. В этот раз не ждать ответа было бы странным решением, исходя из нынешней ситуации. Потому я решил попытаться ещё раз.

– Это же ты сидела около лифта на восьмом этаже? У тебя что-то случилось или ты потерялась? Может тебя отвести к медсестре?

В момент неловкой тишины можно было услышать слегка нарастающее эхо, исходящее из коридора.

Кашель, звук телевизора из чьей-то палаты, разговор медсестры на дежурном посту. Все эти вещи я мог услышать довольно отчётливо, однако в данный момент я хотел услышать звук её голоса.

– Почему ты молчишь. Ты понимаешь, что я у тебя спрашиваю? – она так и не стала мне отвечать, продолжая смотреть в мою сторону.

– Если честно, меня уже начинает раздражать твоё молчание.

Если тебе не нужна моя помощь, то я закрою дверь, – грубым тоном сказал я.

Закрыв дверь палаты, с уже накопившейся злостью я начал отправляться к своей кровати. Но не успев сделать и двух шагов, прозвучал стук в только что закрывшеюся дверь. Со злостью направившись к ней, я открыл дверь. Готов уже накричать на эту девушку, как вдруг.

– Можно мне остаться в твоей палате на ночь?

Такой ответ заставил меня прийти в недоумение. И что в таких ситуациях нужно отвечать?

– Ну, я даже не знаю.

Наверное, можешь. – Именно в такие моменты очень сложно выражать свои мысли. Или же я настолько туп, чтобы не успеть придумать отговорки.

– Спасибо

Я остался стоять у двери, размышляя над тем, что этой девушке нужно и почему она пришла именно к моей палате, почему она ведет себя так странно. Почему из всего нашего краткого диалога прозвучала именно эта фраза. И уж тем более я не понимал, почему я согласился оставить её у себя.

– Всё-таки может скажешь, что происходит? – Повернув голову в сторону коек, что оставались в моей палате, я остался ещё в большем непонимании и погружался в пучину вопросов.

– Эй, понимаешь, тут как бы моё место, можешь перейти на другую?

– Но на ней нет подушки, да и накрыться тоже нечем.

Выражение моего лица застыло в чем-то вроде: «это что сейчас было». Но повернувшись в сторону другой койки, я убедился в её словах.

– Хорошо, а что прикажешь делать мне?

– Может, перестанешь задавать глупые вопросы.