Соблазн. Любовь втроем

Михаил оторвался от Белки, двинулся вперед, вынул из карманов телефон и ключи и протянул их Анне Сергеевне; она подняла вверх руки и обняла снизу своими ладонями его ладони и слегка сжала их, глядя ему в глаза.

– Я Вам так благодарна! Не всякий бы на такое пошел.

– Не стоит благодарности, мадам, – последнее слово взялось неизвестно откуда и само слетело с языка; он слегка наклонился вперед в подобии поклона, как будто хотел поцеловать женщине руку. Пряный шанельный запах от ее груди ударил ему в нос, крестик призывно поблескивал и указывал на расщелину, он не мог оторвать взгляд от роскошной плоти – она бесстыдно звала его и обещала райское наслаждение, притягивала к себе как магнит, размер пятый, что ли, или даже больше, – меня же Белка попросила.

Женщина отпустила, наконец, ладони Михаила, оставив в своих телефон и ключи, двинула быстро большим пальцем по экрану, глянула и спрятала Galaxy в карман халата.

– Так Вы Бэлу Белкой называете?

– Ну да.

– Как мило.

– Пантерой. Царя Соломона. Извините. Вырвалось. Нечаянно.

– Да ничего. А у Соломона была пантера?

– У Соломона была царица Савская.

– Интересный у Вас ход мыслей, юноша. Повезло Вам, Бэла, – хороший у Вас… друг.

– Дааа, он у меня такой хороший! Только ему нельзя это часто говорить!

– Вы говорите, Бэла, говорите. А то другие скажут.

– Хорошо, Анна Сергеевна! Так мы пойдем уже?

– Конечно, конечно. Спасибо Вам огромное еще раз, Михаил! Заходите, если что.

– Нет, я здоров как конь. Шею вот только о подоконник ударил. Когда в форточку нырял.

– Да что Вы говорите! У меня дома? Это моя вина!

– Да пустяки, пройдет.

– Нет, я не могу этого допустить. Дайте, я посмотрю. Руками. Говорят, они у меня волшебные, – Анна Сергеевна улыбнулась и опять приблизилась к Михаилу, подняла руки и завела их ему за уши, прошлась пальцами по затылку, позвонкам и основанию шеи; грудь ее уперлась в его футболку как таран в ворота осажденного города, бедра коснулись джинсов, пуговица халата ткнулась в ширинку, ноздри его наполнились ее запахом, уши Михаила покраснели.

– Ничего страшного нет. Все на месте. Можно ему на ночь компресс поставить. Сможете, Бэла?

– Да уж я ему поставлю! Компресс! Куда надо! Не сомневайтесь! Я это умею!

– Ну и отлично.