Ревность и Секс. Сборник секс-рассказов

– Я понял, что, блин, друг. Зовут его как.

– Ну Генрих.

– Гейне? Гиммлер?

– Ну Шилманн.

– Про красоту неземную? Готическим шрифтом?

– Мишка. Я же не спрашиваю, чем ты тут целыми днями занимаешься. Кому и как свои вибраторы впариваешь. И что тебе благодарные клиентки пишут.

Обида медленно поднялась в груди Михаила.

– Некоторые клиентки вот на этой самой кровати от этих самых вибраторов очень даже неплохо кончали. И это просто работа. Которая приносит деньги. Ничего личного.

– Ну а у меня не работа? Легкая, думаешь? И у меня не может быть ничего личного?

– Может, конечно.

Я и сам немцев люблю. Тилля Линдеманна вот к примеру.

– Так напиши ему. Могу я с другом поболтать просто?

– Да ради бога. Святое дело. Про погоду там… Я только не могу догнать, чего это у тебя глаза так горят, будто тебе по сети куннилингус делают.

Белка метнула в Михаила испепеляющий взгляд.

– Мишка. Ты меня уже достал своей ревностью. Я. Просто. Говорю. С другом. Могу показать.

– Ну… покажи.

Белка подвигала пальцами по экрану и выставила его перед собой, Михаил подошел, и глаза его выхватили немецкую фразу: «Hallo kleines albernes flauschiges K?tzchen! Wie geht es dir?» Что такое albernes и flauschiges он из школьного немецкого не вспомнил, но kleines K?tzchen однозначно складывалось в маленькую кошечку.

Он поднял глаза на Белку.

– И это друг такой просто?! Который называет тебя маленьким котенком?!

– Ну а что. Может, это у них такая форма вежливости. Он же старше меня. Вдвое.

Я для него девочка. Вот он и… Спрашивает, как дела просто. Ничего такого.

– А тебе не кажется, что котенок – это очень интимное обращение? Но тебе это явно нравится. Я же по глазам видел. Ты там не мокрая случайно? Дай-ка я проверю.

– Не трогай меня!

– Ага, так-так. Это что-то новое. Ладно. Не буду вам мешать. Дружите дальше. Пришлешь мне из Берлина билет на концерт «Раммштайн».

Михаил захлопнул дверь спальни и отправился на кухню, залез в холодильник, достал банку «Карлсберга», крякнул ушком и опрокинул надо ртом: пиво убулькало в его горло за пять секунд.

Он сел на стул и закурил. Дым вирджинского табака наполнил его легкие, золотая жидкость разлила тепло по жилам, он откинул голову, облако под потолком сложилось в шаловливую kleines K?tzchen.

***

Проснулся Михаил на диване в гостиной, в доме было тихо, в голове пусто, часы показывали начало одиннадцатого. Что ж это вчера было-то? Да хер его знает, товарищ майор. Полная какая-то х*йня.