Вниз по кроличьей норе

 – Чего-нибудь недосчитались?

– Нет, насколько мне известно. – Она протянула мне стаканчик с водой, уже улыбаясь какому-то «добровольцу», стоящему позади меня, но я не сдвинулась с места.

– Так что, ты бы знала? – Я немного выждала. – О таком всему персоналу сообщили бы, верно?

– Откуда такой интерес? – Феми явно начала испытывать озабоченность или смущение, я так и не смогла понять.

– Это часть моего расследования смерти Кевина, – объяснила я.

Она покачала головой, все еще помахивая передо мной стаканчиком с водой, а потом взмахом руки предложила «добровольцу» обойти меня сбоку.

Я повернулась к нему и улыбнулась.

– Мы скоро закончим.

– Полиция уже задавала нам эти вопросы, – сказала Феми.

– И что вы им ответили?

– Боюсь, что мне не разрешено обсуждать такие вещи с пациентами.

– Вполне возможно. – Я просунула голову практически в окошко. – Но кто-то все-таки убил Кевина, причем наркотики явно имеют к этому какое-то отношение…

– Тебе нужно отойти в сторонку, Алиса…

– …и я собираюсь выяснить, где он их брал.

«Доброволец» у меня за спиной что-то буркнул, отступая назад, чтобы уступить дорогу размашисто шагающей по коридору Донне. Повернувшись, я подмигнула ему, когда она без остановки прошкандыбала дальше. Объяснила:

– Она сжигает калории после завтрака.

– Забирай свои таблетки и ушлепывай. Не видишь, другие пациенты ждут? – Феми слегка повысила голос. – Ты вообще собираешься уходить?

Я опять повернулась к ней.

– Это как посмотреть.

– Хочешь, чтобы я Маркуса сюда позвала?

На миг мне подумалось, уж не попросить ли ее именно об этом. Я уже давно размышляла, не лучше ли первым делом расспросить о наркотиках в комнате Кевина как раз Маркуса, но в итоге решила, что прямой ответ, скорее всего, получу от Феми. Однако пока пришла к выводу, что нет смысла втягивать менеджера отделения, пока мне это не понадобится.

Еще раз улыбнувшись, я взяла стакан с водой. Заглотила вначале оланзапин, потом вальпроат натрия, проследила, как Феми ставит птичку в моей карте и самым коповским своим тоном произнесла:

– Спасибо за помощь.

* * *

В тот же день после полудня я сидела в музыкальной комнате с Большим Геем Бобом, болтая о том о сем и – как водится, – об этом самом, когда возле сто тридцать шестой палаты вдруг началась какая-то заварушка.

– Я как-то трахался с полисменшей, – грузил мне в тот момент Боб.

– Да?

– На заднем сиденье патрульной машины.

– Как мило.