Вниз по кроличьей норе

В это время всегда толкучка.

– И кое-что еще. – Бэнкси уже опять заглядывал в свой блокнот. – В комнате жертвы обнаружены наркотики. В довольно серьезном количестве.

– Какого рода наркотики?

– Подробностей не знаю, но… Похоже, что таблетки. Какие-то рецептурные препараты, судя по всему.

– Господи…

– Это пока всё. – Он захлопнул блокнот. – Поверь мне, мне пришлось всерьез выкрутить кое-кому руки, чтоб хотя бы это надыбать.

Я сказала ему, что крайне это ценю и что попробую больше не напрягать его такими вопросами.

– Хотя полностью обещать не могу, естественно.

– Естественно, – отозвался он. А потом, когда уже встал, вдруг неловко замялся. – Послушай, Лис, только не откусывай мне башку, но я далеко не убежден, что нечто подобное тебе сейчас требуется. Что это пойдет тебе на пользу.

– Шутишь? Это как раз то, что мне сейчас нужно!

– В смысле, не стоит ли тебе сейчас…

– Что? Остыть? Поваляться в кроватке? Почитать какую-нибудь хорошую книжку?

– Сама знаешь, что я хочу сказать, Лис… Ладно, не хочу опять по этому поводу дискутировать, но ты сама ведь вроде в курсе, что не совсем здорова.

– Ты классный мужик, Бэнкси. – Направившись к дверям, я дождалась, когда он последует за мной. – Но ты не мой папа.

Через минуту, когда мы стояли у внутренней двери тамбура, дожидаясь, пока кто-нибудь его выпустит, Тим вдруг произнес:

– Я тут Мэг как-то вечером видел.

Как будто это только что пришло ему в голову.

– Ладно. – Я почувствовала, как что-то дрогнуло у меня внутри, и постаралась не выдать это голосом. – Ну и как она?

Мэгги была подружкой Джонно.

На пятом месяце беременности, когда он погиб.

И на этом же пятом месяце потерявшей ребенка.

– Да вроде все ничего, – отозвался Бэнкси. – Про тебя спрашивала.

Все это было совсем некстати, и я лишь обрадовалась, увидев подходящую к нам с ключами Миа.

– Вы уже всё? – спросила она, несколько более бодрым голосом, чем обычно.

– Ну да, всё, – ответила я.

Перед тем, как шагнуть в тамбур, Бэнкси крепко обнял меня, и когда они с Миа оказались внутри, я прижала ладонь к окошку двери и поцеловала стекло, делая вид, будто рыдаю навзрыд – словно мы любовники, прощающиеся навсегда, или типа того.

Это его рассмешило, и он ободряюще поднял вверх два пальца.

Как только Бэнкси вышел с другой стороны, я посмотрела на часы и поспешила к себе в комнату, чтобы кое-кому позвонить.