Вниз по кроличьей норе

– Я все равно думаю, что это он сам. – Донна потянулась на стуле, готовясь к нескольким часам безостановочной ходьбы. – Это так печально…

– Ошибаешься, – сказала я.

– Тебе-то откуда знать? – спросила Лорен.

– Есть откуда. Я уже поговорила с одним из детективов.

– Не свисти, – презрительно буркнула Лорен.

Шон разрыдался, закрыв руками лицо.

– Все нормально, что ты расстроен, – сочувственно произнесла я. – Тебе нужно выплакаться. Выпустить это из себя.

Лорен ухмыльнулась.

– Он всегда выпускает это из себя.

Покачав головой, я показала подбородком на Шона.

– Серьезно? Думаешь, это нормально отпускать такие вот дурацкие шуточки, когда у него друга убили?

– Кого убили? – встрепенулся Ильяс.

– Ты полный мудак, – сказала Лорен. – Иди уже отсюда.

Тут Шон прекратил всхлипывать и убрал руки с лица, оставив один палец прижатым к подбородку. Наклонился ко мне, широко раскрыв глаза.

– Я скоро умру? Я скоро умру? Я скоро умру?

Я заверила его, что все с ним будет в порядке, и он благодарно кивнул.

– Ну, пошли, дорогой, – сказала ему она.

Люди уже вставали из-за соседних столов, потихоньку расползаясь по своим комнатам. Мы посмотрели, как Грэм аккуратно промакивает уголки рта бумажной салфеткой, тоже встает и шаркает к выходу, готовый занять свое место перед окошком для выдачи лекарств.

Я не упоминала, что Тони носит килт?

Наверняка да, учитывая, что он такой же шотландец, как и я, но, полагаю, это не относится к тем вещам, которые я с некоторых пор нахожу странными.

Я давно уже привыкла практически к любым странностям.

– Мне нужно идти собирать вещи, – объявил Тони.

– Надо так надо, – сказала Лорен.

Я еще кое-что забыла. Тони проводит по меньшей мере пару часов в день, стоя перед входом в тамбур в пальто и с собранными сумками, дожидаясь каких-то своих родственников из Америки, которые типа как должны приехать и забрать его. Я провела тут уже несколько дней, когда кто-то из санитаров сообщил мне, что никаких родственников в Америке у Тони не имеется. Я даже не убеждена, что у него в принципе есть родственники, поскольку никто его не навещает.