Астарта. Корабль чокнутых трупов

Я же думаю так?»

Представитель конкурентов ХаСОМ уважительно крякнул и, не прощаясь, покинул кабинет Гавриила, оставив ему на память включенный ролик его похождений к своей начальнице и жене его высокопоставленного чина из СГБ и спонсора по разработке универсального наркотика, который не способен будет определить ни один тест, известный на сей день.

Гай продолжал внимательно смотреть в огромный экран на стене, в душе радуясь, что запись оказалась без звука.

Теперь у него был один путь.

В проводниках Гай не нуждался, брать из лаборатории, кроме себя самого, ему было нечего, а сожалеть о неоконченных опытах становилось как-то глупо.

Травкин знал единственное место, где бы его таланты не просто приняли и оценили, но и обеспечили всем необходимым.

Проблема заключалась в том, что самому Гавриилу будущее место работы нравилось еще меньше, чем настоящее. Именно поэтому он, в свое время, выбрал ХаСОМ вместо любого пиратского клана или дочерней Торговой Лиги разбойников с большого космоса.

Гай сдвинул брови, потирая переносицу двумя пальцами.

О том, как его брат вытащил его из подвала захудалого клуба на Новом Иерихоне вспоминать не хотелось, и Травкин продолжил свой путь до каюты в подпорченном настроении.

Глава 7

Блэк Джек. Спасение Гая

In a world that I don’t want to know,

With a message that I never want to send

To be free from all of this,

Now you want to know

You want a name.

You want to call me motherfucker,

Now you want to know

You want a name

    Disturbed «Criminal»

– Первый, муха на восьмерке.

Код не слил, на сигнал не отвечает. Веду по курсу, в прицеле.

– Зона, я – Первый, держи мухобойки на взлете. Как понял?

– Понял тебя, Зона. Зарядил по полной.

Джек лениво потянулся, отключая перехватчик связи. Дела шли как раз так, как было и надо. Орбитальные базы держали на мушках его легонький «курьер», сконцентрировав все внимание на корабле и не отследив крошечную десантную капсулу, которую Кацман лично выиграл в карты полгода назад.

«Вот и пригодилась железка, блядь, – подумал он, тряхнув головой, будто сбрасывая с волос пыль. – А я ее еще загнать хотел по сходной цене, мудак. Нет, правильно мне папаша говорил, пока еще жив был, никогда не продавай и не дари того, что попало к тебе в руки, если не уверен, что делаешь вклад в свою семью».

Впрочем, о пропитии или обмене старый мудрый еврей ничего не говорил. И Джек пользовался лазейкой в семейном завете, как только мог.