Убить журналиста

 – Запятые расставишь и ошибки исправишь.

– Но это же неслыханный скандал! – повысил голос Кривуля. – Это же удар по основам демократии, по грантоедам и ЦРУ. Они же нас в порошок сотрут.

– Это я уже слышал, другие аргументы у тебя есть?

– Есть! Он же в этой книге обвинил американское посольство в том, что оно создает на Окраине тоталитарные секты и «пятую колонну» из шпионов-грантоедов! А это недоказуемая клевета. Господин директор, после такой книги вам же визу в Америку закроют.

– Да был я в твоей Америке, – скривился, как от кислого лимона, Македонский.

– А что же вам надо?

– Слава и деньги! Ты представляешь, какую волну поднимут на западе все эти демократические СМИ?! Да я стану героем дня! За такую книгу я бы на месте президента наградил директора издательства «Ваш детектив» Орденом мужества! Вспомни, тот, кто первым в СССР опубликовал Солженицына, стал всенародно известным.

– Сравнили Соженицына с Маркусом Крыми. Солженицын – это глыба. Его книги теперь в школах изучают. Он рассказал правду о КГБ!

– А Маркус Крыми рассказал правду о ЦРУ и грантоедах. Ни один писатель, ни у нас, ни за границей, на это не отважился!

– Правильно, потому что они умные люди, им посмертная медаль «За отвагу» не нужна, – продолжил Кривуля. – Да они убьют вас за эту книгу! Вот увидите. Да и президент у нас за дружбу с Америкой выступал.

– Ты меченного имеешь в виду, так его время уже ушло, а президент России – мужик боевой, он как Ленин с броневика речь держал во время путча.

– И бежать в посольство США собирался, когда припекло в Белом доме. Он не пойдет против ЦРУ и ничем вас не наградит. А уж его помощники и министры, так те вообще на прикорме в посольстве США стоят.

– Да не нужна мне медаль от Ельцина посмертная. Я жить хочу сегодня на все сто, не доживать, а жить! Жить так, чтобы молодым фору дать и у женщин глаза горели во время разговора со мной.

– Так у нашей секретарши и так глаза горят при вашем появлении в издательстве, – буркнул под нос редактор.

– Кривуля, ты что, совсем тупой?! – заорал директор. – Я не о секретарше с тобой говорю, а о женщинах! О женщинах-журналистках, которые будут брать у меня интервью. Я хочу, чтобы было всё так, как в моей юности, когда я только начинал спортивную карьеру.