Убить журналиста

А что ты прикажешь делать с героем, образ которого не развивается, и он своим присутствием тормозит сюжет?

«Ты бы мог отправить его в командировку или вернуть на историческую родину».

– Какая родина? Какая командировка? Это ж игра, выдумка, фантазия автора. Я же пишу детективы, а не исторические хроники.

«Вот и прекрасно, – неожиданно легко согласился невидимый собеседник. – Давай продолжим игру в сыщиков и убийц. Прямо сейчас ты идешь в больницу. Заходишь в палату и отключаешь аппарат искусственного дыхания, к которому подключили Старкова.

– Я подобными вещами заниматься не буду никогда, потому что я – писатель, который придумывает детективы, и в эту историю я вляпался по глупости.

«Конечно, ты ни в чем не виноват. К тебе пришла женщина и попросила написать книгу про ЦРУ, – перешел на таинственный шепот голос. – И ты ее написал, только книга твоя не понравилась ни сотрудникам ЦРУ, ни самим грантоедам – героям вашего времени».

– Ты опять врешь. Как могла не понравиться еще не изданная книга? – возмутился писатель.

«Очень просто. Я Пастернака не читал, но, как и весь советский народ, осуждаю отщепенца и негодяя».

– При чем тут Пастернак?!

«Похоже, ты так ничего и не понял. Теленок не может бодаться с дубом. Да они тебя в порошок сотрут! И рукопись ты от них не спрячешь! Считай, что ее уже нет! Только ты об этом никому не говори.

Гарик оглянулся по сторонам в надежде увидеть того, кто только что с ним беседовал. Но на крыше никого не было. Хотя нет, в десяти метрах от него сидел большой черный кот. Он умывался. Умывался без воды, лапами.

«Это к письму, – вспомнил Гарик слова маленькой тощей соседки Нюры, которая каждое утро в общем дворе на Приморской улице бесплатно толковала сны и приметы каждому желающему. – Мне только Нюры здесь еще не хватало. Врала она все и про сны, и про приметы».

Гарик сделал мхатовскую паузу, но реплики от его второго «Я» – не поступило.

– Ты, что, и правда, ушел? – громко спросил Барский, разглядывая кота. Голос промолчал. Гарику показалось, что черный кот подмигнул ему левым глазом. Барский протер глаза, а когда открыл их, кота не увидел, будто его и не было там никогда. – Ну, и черт с вами. Умерла, так умерла! Это от страха. Я высоты испугался. А с головой у меня все в порядке.