Любимая учительница

Странное ощущение иррациональной стабильности, защищенности. Но приятное.

Конечно, это все совершенно нечестно по отношению к его родным, и, особенно, к милейшей, интеллигентнейшей прабабушке, с которой я с удовольствием частенько общалась по скайпу, но мне удалось свалить все муки совести на Юркину шею.

Его родственники, его ответственность.

Грыз меня небольшой червячок, что этот котяра не просто так со мной дружит, продуманный гад, но все это терялось за удовольствием от нашего общения, его реально бескорыстной и душевной натурой.

Да и мне немало бонусов от нашей дружбы перепало.

Да, меркантильная дрянь.

Но с другой стороны, я с детдома привыкла цепляться за любую возможность.

И быть благодарной.

"Дают – бери, бьют – беги".

Вот так вот.

Юрка так и не смог объяснить внятно, по какой причине физкультурники – это плохо, мялся, мычал, отводил взгляд. А мне, на нервах, было не до его бессловесной коммуникации. Тут бы в себя прийти и заикание не поймать на истерике.

В родном универе я, конечно, проводила пары, и у старшекурсников тоже, но там-то все родное, свое, и стены помогают. А тут…

Потом нас отвлекли коллеги, незаметно включившие в обсуждение каких-то нововведений ректора. Я, как новенькая и не присутствовавшая на первом педсовете, никакого мнения по этому поводу не имела, в отличие от Юрки, который жарко влился в беседу. Мне оставалось только показывать свою включенность, кивая в нужных местах и осуждающе поджимая губы, там, где это было уместно.

Аудитория, где были мои пары, находилась на том же этаже, поэтому от настойчивого Юркиного сопровождения я отказалась. Хватит, в конце концов, нельзя же все время за ним, как цыпленок за курицей, ходить.

Звонок прозвенел, я стояла возле аудитории, вслушиваясь в довольно сдержанный гул, и нервно сжимала в руках папку с лекциями. Надо заходить, надо решаться. Так, вдох-выдох. Успокоилась.

– Ты чего застряла? – тихий веселый голос за спиной заставил вздрогнуть и растерять с таким трудом найденное равновесие, – новенькая что ли? Боишься?

Я повернулась на собеседника.

Парень, значительно выше меня ростом, что и неудивительно при моих ста шестидесяти. Крепкий, жилистый, симпатичный. С наглыми веселыми глазами. Он неторопливо рассматривал меня, останавливаясь на особо интересных для него лично местах, улыбался уверенно и широко.