Дорога в Диснейленд

Лиса стояла, не шевелясь, лишь покорно отводя в сторону голову, открывая доступ к шее, к груди, куда уже добрались жадные ладони, лишь непроизвольно вздрагивая, когда он делал особенно больно, не контролируя силу.

Она старалась как-то абстрагироваться, отключиться от реальности, представить, что все происходит не с ней.

В детстве это здорово выручало, иначе Лиса давно бы с ума сошла.

Но вот сейчас не получалось. Слишком новыми, слишком острыми были ощущения.

Том, жарко дыша ей в шею, зарылся всей пятерней в пучок на макушке, вытаскивая шпильки и запуская обе руки в размотавшуюся копну волос, оттягивая голову девушки назад.

– Посмотри на меня.

Лиса, еще сильнее сжавшись от приказного, жесткого тона, послушно открыла глаза.

Натолкнулась на совершенно невменяемый, острый, жадный взгляд, и испуганно вздохнула, как никогда понимая, что пощады ей не будет.

Твердые горячие губы вжались в ее рот, настойчивый язык проник внутрь, подчиняя, заставляя дрожать всем телом.

Сквозь туман в голове Лиса услышала, как рвется ее платье, почувствовала грубый рывок, и поняла, что осталась в одном белье, что руки его уже жарко скользят, исследуя изгибы тела, что пальцы уже в ее трусиках, стискивают до синяков ягодицы.

Сжала кулаки, захватывая его майку на груди в горсть, в неосознанной попытке защититься, дернулась, на инстинктах вырываясь, но объятия стали только крепче, болезненнее.

– Да, бл*, Том! – грубый голос, еще ниже, чем у терзающего ее охотника, прозвучал внезапно сзади.

Том чуть ослабил захват, отрываясь от губ девушки, позволяя ей из-за своего плеча рассмотреть вошедшего.

Уж лучше бы не смотрела.

Том был высоким, крепким мужчиной, в его руках Лиса ощущала себя беспомощной пичужкой. Но его брат, со злостью глазеющий сейчас на них, был просто огромным. Высоченный, явно выше шести с половиной футов, с разворотом плеч, не вмещающихся в дверной проем, тяжеленными огромными ручищами.

Совершенно не похожий на брата.

С Томом его роднило сейчас только одно.

Грубый, обшаривающий, жадный взгляд, который он не мог оторвать от нее, Лисы.

От понимания того, что сейчас ее просто разорвут на части эти звери, Лиса побледнела еще больше, задрожала, не смогла сдержать испуганного жалкого всхлипа.

Эти двое мужчин, высокие, крепкие, с грубыми жесткими руками и напряженными взглядами явно голодны. Явно давно не видели женщину. И теперь точно не пожалеют.