Счастье в огне

Он долго, очень долго, глядел в него, хотя Варя видела, что исписано не больше, чем пол-листа. А потом вдруг грохнул по столу кулаком и метнулся за дверь. Девушка испуганно прижала к себе Митьку, которого продолжала держать на руках. Ей хотелось спросить, что же там, в этом желтом листке, вырванном, похоже, из школьной тетрадки. Но она не могла произнести ни звука – язык как будто прилип к гортани. Ольга Евгеньевна подошла к ней, взяла у нее Митьку. И тогда Варя шепотом произнесла, глядя куда-то в пол:

– Дядя Коля?

– Да, доченька, случилось несчастье.

– Несчастье?! – голос тети Ани взметнулся и сорвался – Да что ты такое говоришь Оля? Что ты говоришь! Какое же это несчастье?! Нет! Это счастье! Счастье! Он живой! Живой! – ее опять душили рыдания – а то, что без ноги, так это ерунда… Без ноги – ерунда. Главное – живой… Живой!

И женщины долго еще сидели обнявшись, и, то принимались плакать, то тихо о чем-то говорили.

Теперь тетя Аня так же, как раньше почтальона, ждала поезда, приходящие из Москвы, ежедневно бегая на вокзал.

А Костик в тот день вернулся поздно ночью – Варя, сидевшая на подоконнике не в силах уснуть, видела его из окна, – и несколько дней ходил как в воду опущенный.

Сейчас он стоял в стороне ото всех, облокотившись на стену. Было видно, что мысли его витают где-то далеко. Сегодня он чуть не опоздал на экзамен, придя в самый последний момент.

– Ты чуть не опоздал сегодня – Костик молчал, он даже не поднял головы, – Костик, ты можешь мне сказать, где ты был? – молчание – Послушай, мы же всегда были друзьями. Ты прекрасно знаешь, что можешь все мне рассказать. Ну, где ты был?

– В военкомате – Костик сказал это тихо, как-то отрешенно.

– И… что? Что тебе сказали?

– Сказали, что не возьмут – голова юноши опять опустилась.

– А ты что?

– А что я. А ничего.

В конце коридора показался директор в сопровождении мужчины, одетого в брюки и светлую рубашку.

– Ребята, спасибо, что дождались. Пожалуйста, проходите все в класс – голос директора прозвучал в абсолютной тишине.