Законы безумия

Тебя уже почти вся школа знает. В первый же день поставить Сомова на место – это достойно аплодисментов.

– Обойдусь, – пытаюсь ретироваться, но, кажется, пиявка присосалась надолго.

– Что делаешь в субботу вечером?

– А есть предложения?

– Я устраиваю вечеринку. Родители сваливают на Маврикий. Дом будет полностью в нашем распоряжении. Весь класс идет, поэтому отказы я не принимаю, – тыкает своим костлявым пальцем мне в грудь.

Я больше чем уверен, что она думает, что это секси. Дура.

– Я подумаю, – убираю руки в карманы и уже до беспредела хочу поскорее свалить.

– Подумай, подумай, – встает на цыпочки.

Знаю, что она хочет сделать. Знаю и намеренно поддаюсь на ее «типа уловку». Рыбеха сама плывет в сети, а ведь даже не догадывается о последствиях. Она медленно проводит языком по моей щеке, издавая при этом писклявые смешки. Бл*дь – просто констатирую факт и без церемоний тащу ее за угол школы, вплотную прижимая к стене.

– Катюша, Катюша, – тащу бегунок молнии на ее куртке вниз, та разъезжается без преград.

Она продолжает улыбаться, отвратительно цокая языком. Пальцы касаются ремня на моих брюках, но я перехватываю ее руки.

– Тут камеры, – указываю на висящую в углу линзу.

– Тогда где?

– Ты тут больше ориентируешься, – усмехаюсь, заползая ладонью под чашку ее лифчика.

– Идем, – шепчет почти в губы.

Мы быстро перемещаемся в какой-то небольшой кабинет, похожий на подсобку. И Катюха оперативно стаскивает с себя куртку.

– Блин, – ржет, а сама с остервенением хочет расстегнуть мой ремень.

Подхватываю Катьку под зад. Вдалеке вижу стол или что-то вроде него. Усаживаю ее туда, быстро снимая с нее белую рубашку и лифчик.

– Колготки сними или порву, – бормочу на ухо, пока она проворно сжимает мой член и орудует ладонью, а сам задираю красную юбку в клетку до талии.

– Ага, – стягивает с себя колготки, а я под шумок натягиваю резинку.

Она извивается, целует, я отвечаю, но без особого энтузиазма. Вхожу в нее резко, возможно, даже грубо.

– Ах, – протягивает, – Богдан, – ее грудь вздымается, а с губ сходят стоны.

Закончив, сразу натягиваю штаны, опираясь на стол. Катька ползает по полу в поисках своих колготок или рубашки, я не особо понимаю, да мне и нет до этого дела.

– Шелест, – цепляется ноготками за ворот моей рубашки, – теперь я точно не прощу тебе, если ты не придешь в субботу. В нашем распоряжении будет весь дом, – томно шепчет мне на ухо.