Когда ты станешь моей. Книга 1

Думаю, раньше она такого за мной не замечала. Господи, у меня уже паранойя. Ну не могу я так реагировать на Доронина. Кто угодно, но только не я.

– Ладно, увижу. А вот и Боречка.

Мартынова вылезает в окно, прижимая плоский живот к подоконнику, согнув одну ножку в колене. Я же поднимаюсь с пола, высовывая нос следом. Боря действительно уже стоит под окнами, раздраженно пиная свой жигуль по колесам.

– Чего это он?

Анфиса закидывает руку мне на плечо, вынуждая почти улечься рядом.

– Не знаю, сломалось что-то.

– Бо-ря! – заливисто. – Поднимайся к нам.

Анфиска машет ему.

– Сейчас.

Борька широко улыбается, посылая мне воздушный поцелуй, после которого, поковырявшись в багажнике и вытащив оттуда коробку, идет в Анфискин подъезд.

– Чего это он там несет?

Мартыновское любопытство, как всегда, не дает ей покоя.

– Сейчас и узнаем, – пожимаю плечами, направляясь к двери.

Борька не заставил себя долго ждать. Ворвался в Анфискину квартирку, вручая подружке коробку яблок, из-за которой она чуть не грохнулась на пол или как минимум не сорвала спину.

Сам же заключил меня в кольцо рук, целуя в губы.

– Могли бы помочь, – причитает Анфиса, недовольно ставя коробищу на стул у двери в ванную.

– Я соскучился, – шепчет Яковлев, совсем не слушая Анфисиных причитаний.

Пока мы обнимались и я зажмуривала глаза, чтобы поймать момент, понять, что все сегодня совершенно иначе, Мартынова успела оттащить яблоки на кухню, вскипятить чайник и пару раз высунуться в открытое настежь окно.

Боря в который раз пробежал ладонями по моей талии, опускаясь ниже.  Нагло залезая под подол моего платья и сжимая ягодицы. Крепче притиснул к себе, и я прекрасно чувствовала его возбуждение.

– Тут Анфиса, – вытягиваю руку, чтобы немного отстраниться.

– Да ей наплевать.

Боря бесцеремонно и жадно целует мою шею, оставляя влажные следы, совершенно игнорируя мои попытки не делать этого сейчас.

– Что не так? – раздраженный выдох.

– Все нормально, – киваю, – правда, с папой поссорились немного.

– Все будет хорошо. Мариш, мы две недели не виделись, – его пальцы касаются моей груди, – я соскучился.

– Борь, вечером. Мы в гостях.

Боря недовольно убирает руки, а я веду плечом в порыве стряхнуть с себя все эти прикосновения.

– Борик, а ты в курсе, что друг твой дембельнулся? – все же не вытерпела Мартынова, высовывая свою мордашку в прихожую.

– Доронин? – Борька улыбнулся широко, слегка по-детски.