Мертвое Сердце

То, как затихал голос Уоррена, когда тот говорил о нем… как будто боялся, что Убийца услышит. Надо быстрее заканчивать с этим.

Аманда шла с максимальной для себя скоростью. Чувство тревоги всё нарастало, и она даже вскрикнула, когда синий Фольксваген, пролетевший на большой скорости свой поворот, резко дал по тормозам, нарушив тишину оглушительным визгом. Аманда, у которой едва не разорвалось сердце, осыпала водителя такой бранью, что даже самый закоренелый пьянчуга мог бы пополнить свой словарный запас. Все звуки почему-то казались громче сейчас, и они угрожали, сигнализировали о чем-то надвигающемся.

Сегодня она поставила своеобразный рекорд – дошла до отчего дома за полчаса и теперь едва держалась на ногах, но за закрытой дверью испытала долгожданное облегчение. Здесь казалось безопасней. Бросив, как обычно, сумку в прихожей, Анда поспешила наверх.

Он был огромным – дом Флиннов – и старым, а еще очень любил детей, чего не скажешь про его последнюю обитательницу. Его построил прапрадед Аманды, тем самым дав уютный и светлый кров для следующих четырех поколений. Дом всегда был гостеприимным… ну, во всяком случае до тех пор, пока его жители не стали разъезжаться, умирать и в итоге не сократились до одного. В прежние времена он радушно принимал множество гостей, накапливая их истории. Светлый в любое время суток.

Чердак всегда считался запретным местом. Темная душа дома, как выразился Глик? Что ж, возможно…. Туда дозволялось подниматься только старшим. Это правило появилось после того, как чердачный люк огрел по голове Брайана, едва не проломив тому череп. Кровищи было! Они тогда всерьез перепугались. В итоге брат провалялся в больнице неделю с сотрясением мозга, потом еще месяц дома, а с играми на чердаке было покончено раз и навсегда.

Оказавшись прямо под люком, она дернула вниз лестницу, переводя задумчивый взгляд с одной непостижимой цели на другую. Подняться на чердак и открыть тяжеленный люк – дело не из простых, а уж для семидесятитрехлетней инвалидки с тяжелейшим артрозом… вообще из области фантастики. Но через минут пять она всё-таки преодолела себя и боль, чтобы совершить невозможное.