Сиротки

Она опустила руку в карман и ощупала кольцо, словно ждала, что оно ее исцелит, – но, конечно, ничего не произошло. Шаги все так же гремели в отдалении, псы кружились вокруг Шарки, переругиваясь и сбивая друг друга с ног, а кровь бешено пульсировала в голове и животе.

– Шарка! Милая!

Собаки захлебнулись лаем и понеслись к хорошо одетому крупному юноше, который, широко улыбаясь и раскинув руки, приближался к девушке.

– Ох уж эти твои псы, сразу тут как тут! Ну и свора! – хохотал он, пока самые общительные из собак пытались лизнуть его в лицо.

– Душан, не кричи, – хмуро сказала Шарка. – Дивочак услышит, придет, увидит тебя и рад не будет.

– Как и ты, – весело ввернул Душан и наконец протолкался к ней через лающую возбужденную толпу.

Они обнялись: Душан воодушевленно, Шарка – едва подняв руки. От него не ускользнула ее болезненная бледность:

– Не расскажешь мне, что случилось?

– Ничего не случилось.

– Он опять заставил тебя?..

Шарка попыталась сглотнуть плотный ком в горле, но тошнота только усилилась.

– С тобой плохо обращались? – настаивал Душан. – Тебя били? Тебя…

– Душан, все в порядке, – перебила она сдавленно.

– Если хочешь, я этого мудака Дивочака так отмудохаю, так отмудохаю! – Краска бросилась в полное лицо Душана. С него мигом слетела доброжелательность, и он снова стал тем, кем его знала Тхоршица, – одним из телохранителей самого богатого купца и его семьи. Крепкие кулаки Душана – грубые, видавшие немало драк – сжались, в них хрустнули суставы.

– Перестань, он тут ни при чем.

– Ах, Шарка – Душан сдулся, расслабил руки и снова прижал ее к своему дородному телу. – Ты же знаешь, я все понимаю. Сам такой же. Скоро все закончится, и мы будем вместе, ты и я, ну и твой малой. И забудем все…

Они немного постояли так, обнявшись, на грязном заднем дворе трактира на отшибе городишки на самом краю страны, окруженные бродячими собаками, под ритмичный шум исчезающей вдали армии.

– Я сейчас пойду к Пригоже-младшему и все ему расскажу, – сказал Душан. Глаза его возбужденно горели, как у мальчишки, предвкушающего лучший день в своей жизни. – У меня уже все собрано, вещи, лошади, телега, все готово. Осталось только сказать, и все, все! Распрощаюсь с этими подонками навсегда.

– Ты уверен, что он просто так возьмет и отпустит тебя? – спросила Шарка, как сотню раз до того.