Дети Аллурии. Штурм

Господин Мастер Знаний, я ожидаю, что вы с учениками сможете расписать путь Острова…

– Да, господин Градоправитель.

– На сегодня Совещание окончено.

Кеслан сполз со своего высокого кресла и, придерживая обеими руками гудящую голову, вышел из зала. Неожиданно Ива, глубоко вздохнув и собравшись с мыслями, встала, закрыла дверь и окинула взглядом остальных членов Совета, не тронувшихся с места.

– Вы все знаете, что Кеслан всегда симпатизировал Сказочнику, – сказала она так тихо и серьезно, что даже ее картавость уже не казалась забавной.

– Вы же только что шипели на меня за подобные мысли! – вскинул брови Мастер Торговли.

– Только чтобы отвести подозрения. На самом деле мне кажется, что вы все думаете о том же, о чем я, не правда ли?

– Он опасен!

– Он безумен!

– В подвалах его дома хранятся несметные богатства, оставшиеся от Соленого Пса.

– Он отцепил Остров, набросился на новенького, занимается колдовством.

– Ему не место среди нас.

– Он не даст себя прогнать просто так, – уверенно сказал Начальник Порта. – Вы не видели Соленого Пса и не знаете его. А я знаю и я уверен, что в Сказочнике от Соленого Пса осталось больше, чем вы думаете. Он умеет быть жестоким и мстительным. И тогда нам несдобровать…

– Что же тогда?

Совет затих – никто не решался высказать прямо, что было у них на уме. К тому же, многие симпатизировали Сказочнику, чье пустое кресло притягивало к себе стыдливые взгляды, словно он по-прежнему сидел в нем.

– Подумайте об этом, – вздохнул Мастер Знаний. – Мне бы не хотелось кровопролития.

– Кто знает. В крайнем случае придется прибегнуть к нему. Я боюсь этого человека. Я боюсь за своих детей, с которыми учатся его воспитанники. Я не уверен, что мы справимся с последствиями его глупости – и не уверен, что эта глупость его когда-нибудь покинет, – скорбно молвил Мастер Торговли, и остальные понимающе закивали в тон ему.

– Прости меня здесь и сейчас, дорогой друг, – пробормотала Ива, выходя из зала последней и тоскливо глядя на пустое кресло. – Ты поймешь позже…

Стормара притащил три большие тыквы в центр своего сада, который за те дни, пока хозяин не приводил его в порядок, разросся буйным цветом. Вообще, с тех пор, как Плавучая Скала сорвалась с цепи и отправилась в плаванье, ее флора и фауна словно тоже очнулись после долгого сна.