Второй ошибки не будет

«Какая-то падаль будет мне мешать!» – читаю я в ее глазах и запоминаю номер, вдруг есть какая-то служба доносов при автоинспекции, куда граждане сообщают о нарушениях правил такими вот распоясавшимися дамочками?

Задаюсь этим вопросом, чтобы скоротать время в дороге, воображаю вытянувшуюся рожу автомобилистки, когда ее по моему навету поймают доблестные сотрудники ГАИ, но знаю, что никуда звонить не буду, я еще не готова опуститься до уровня безумной старой склочницы, хотя недалеко осталось.

Наконец я дома. Снимаю удобные и практичные мокасины, удачно отхваченные весной в Кировском универмаге, настоящий подарок судьбы, и думаю, что скоро похолодает и придется влезать в осенние сапоги, которым уже три года, да и в молодости своей они тоже не блистали. Голенища узковатые, а я не худею, и вообще похожа в них на деревенскую почтальоншу, а не на врача.

В тысячный раз обещаю себе в выходные не валяться на диване с книжкой, а, как все порядочные люди, гонять по магазинам в поисках дефицита.

Первым делом включаю телевизор, чтобы хоть немного разбавить затхлую тишину. Не вслушиваясь в голос диктора, переодеваюсь в халат и иду на кухню.

По-хорошему, надо выпить стакан кефира и до утра забыть о еде, но сегодня был грустный день и я заслужила маленькую поблажку. Пока закипает чайник, делаю себе два бутерброда с маслом и колбасой, достаю из хлебницы ароматную пушистую слойку, понимая, что это слишком калорийно, убираю обратно, но тут же снова достаю, разрезаю пополам и смазываю маслом.

Сегодня еще позволю себе, а завтра точно начну худеть. Такое обещание я себе даю, но знаю, что завтра будет точно такой же грустный день, и как сегодня, и как вчера, и как послезавтра. То завтра, в котором я сяду на диету и начну делать зарядку, не наступит никогда. Его не существует. И в выходные я никуда не пойду, а проваляюсь весь день на диване перед телевизором, потому что какой смысл дергаться, если выхода нет? А кто считает, что безвыходных положений не существует, тот просто не был некрасивой одинокой тридцатидвухлетней женщиной без влиятельных родственников.

Телевизор бубнит, я читаю за едой, чего, как известно, приличные люди себе не позволяют.

Слойка очень вкусная, мягкая, хоть и вчерашняя, а читаю я журнал «Юность», хотя эта пора моей жизни давно миновала.