Тёмные времена

Вспышка – еще две твари осыпались на землю. Перехватив оружие и вернув его в ножны, он вытащил клинок, молнией прянувший к подобравшемуся близко духу.

Охотник крутился, отражая сыпавшиеся на него со всех сторон удары, легко пробивая защиту тварей и сокращая количество противников. Двигался молниеносно быстро, как не под силу двигаться ни одному человеку, изгибался, уходя от ударов.

Один из духов, яростно взревев, вскользь задел Хеса по скуле, прочертив глубокую царапину. Их было слишком много. Охотник сжал зубы – и сложил пальцы в знак.

Из-за спины дохнуло смертью. Не успев активировать заклинание, Хес прыжком сместился в сторону, легко перекувыркнулся, прикрывая лицо рукой. По тому месту, где он только что стоял, и где вилась толпа разъяренных духов, хлестнул ослепительный луч света, превращая в пыль и прах мертвецов. Охотник зашипел, отдергивая обожженную руку и щуря режущие глаза.

Духи были уничтожены. Одним ударом.

Мужчина поднялся, опуская клинок и пытаясь проморгаться. Зажженный факел высветил знакомую фигуру в рясе.

– Живой? – поинтересовался Инквизитор, подходя ближе и освещая все еще щурившегося охотника.

– Не учили предупреждать, когда бьешь? – сдерживая клокочущую ярость, прошипел Хес.

– «Святая Длань» безвредна для людей, – равнодушно отвернулся священник. – Опасна она только для нежити и фейри.

Инквизитор не заметил, как охотник вздрогнул и поспешно натянул перчатки на обожженные руки.

– Что с колдуном? – мрачно поинтересовался Хес, идя следом за священником.

– Слуа его сожрали, как, впрочем, и следовало ожидать, – Инквизитор обернулся, пытливо вглядываясь в мужчину. – Благодарю за то, что задержали их, господин Хеспер. Хоть против духов наша Сила куда более действенна, чем ваше оружие, но вы действительно мастер своего дела.

– Я просто так не работаю, – буркнул охотник.

– Хорошо, – покладисто донеслось в ответ. – Как будете проезжать мимо любой Обители, зайдите и скажите, что вы от брата Гайюса, вам заплатят.

– Сдался ты мне, – тихо фыркнул Хес, обходя толпу перепуганных стражников, бросившихся с расспросами к священнику.

И медленно побрел домой, прижимая к груди горящую огнем правую руку.

Наутро Хес едва поднялся с кровати. Голова болела, все тело ломило, словно его вчера били. На глаза, их резало и щипало, постоянно наворачивались слезы. Боль в правой руке не только не утихла, но, казалось, вспыхнула с новой силой, хотя заклинание проклятого Инквизитора и не оставило на ней следов.