Круги на воде

Вскоре, обнесенный высокой, в цвет окружающего песка, каменной стеной город, с множеством смотровых башен, был уже настолько близок, что Антон не мог не восхититься увиденным. Сравнить это всё с киношными образами не получалось. Реальная красота древнего величия буквально завораживала. Тигр сел и обернул хвостом передние лапы, сам не понимая, как у него это получилось.

– Опять этот хвост. Да на кой он мне сдался-то? – мурлыкнул он, и попытался его укусить. Но тот рефлекторно, словно был чужим, убрался от острых зубов, и Антон погнался за ним, закрутившись волчком.

– Блин. Я же не зверь, – опомнившись буркнул Антон и обошел свою спутницу сзади. Обнюхал, облизнулся и добавил: – Хорошо пахнешь, самочка.

– Сейчас люди будут встречаться. Веди себя, как человек, – проинструктировала «самочка», словно обучала неразумное чадо.

– Я и так человек, – рыкнул в ответ тигр, почувствовав странный дискомфорт в груди.

Впрочем, неприятные и незнакомые доселе ощущения быстро прошли. Хищник не придал этому никакого значения, мгновенно о них забыв.

– Там дорога впереди. Нам по ней направо, к воротам. От меня не отходи.

– Да куда я теперь от тебя? Завела не пойми куда.

Дорога была довольно оживленной и людей на ней было не мало. Верхом, в повозках и пешком, они сновали в разные стороны, захаживая в торговые лавки, раскинувшееся со стороны городской стены. Антон, уже не мог не осознать, что всё здесь напоминает средневековье со всеми своими традициями тех лет.

Очаровательная блондинка и её ручной тигр остановились на обочине дороги, едва покинув пальмовую рощу. На свирепого хищника никто особого внимания не обращал, зато Ангелина удостаивалась взгляда каждого проходящего мимо мужчины. Практически все они, буквально пожирали её глазами, сглатывая слюну, несмотря на то, что многие из них были со своими спутницами, которые нервно одергивали залюбовавшихся.

– Спокойно, – тихонько проговорила Ангелина, словно почувствовала напряжение тигра.

Между тем, разодетый в яркие одежды, камзолы и халаты, местный люд прижимался к обочине, пропуская повозки, забитые доверху сундуками, деревянными бочками и аккуратно сколоченными ящиками.