День, когда мы увидели Бога

Пока они раздевались, женщина, что-то напевая, звенела бокалами, но, не выдержав, принялась расспрашивать их:

– И как вы все-таки сумели пробраться в госпиталь? Знаю, знаю, у мастеров свои секреты, но не попасться усиленному дозору – просто невообразимо! Я преклоняюсь перед вашим мастерством, ну и красотой. Признаться, под моим началом много людей, но таких приятных собеседников единицы. Я вам очень симпатизирую.

– Благодарю, а что на счет секретов, то мы просто очень осторожны.

– Так не бывает! Осторожный, это когда ты берешь с собой шестнадцать единиц вооружения и дюжину людей, а вы гуляете преспокойно с одним единственным дореволюционным пистолетом на двоих! Нет, откуда вы черпаете информацию?

Мужчина, уже переодевшись, вышел из-за ширмы и, сконфуженно улыбнувшись, принял из рук Хозяйки бокал.

В павильоне они остались одни, не считая слуги и Филиппа, который все еще возился с пряжками снаряжения где-то в дальнем углу комнаты. Свет постепенно затухал и вскоре комната погрузилась в хищный розовый полумрак.

– У нас самые достоверные источники! – наконец ответил он и сел, развалившись, на бархатный диван, взяв с золотого подноса пару виноградин.

– Я поражаюсь вам. Знаете, ведь эти лекарства нужны моей дочери, и я благодарна, что кто-то смог их достать, а тем более вы. Быть может, я могу что-нибудь достать вам, о чем вы уже давно думаете, скажем, самых дорогих девушек? Или хорошую винтовку в поход? А может книги? Вы ведь образованный человек и понимаете, что томик Достоевского нынче – годовое жалование солдата правительственных сил.

Что поделать, бунт против Бога это в первую очередь бунт против культуры и знаний. Как жаль Государственную библиотеку! Впрочем, у меня есть пара экземпляров оттуда. Скажем, если вы еще раз вернетесь в Святую Марию, я могу вам отдать в качестве оплаты…

– Нам нужна собака! – неожиданно подал голос Филипп, выходя из-за ширмы и держа в руках свою одежду. Как только он увидел улыбающуюся ему пухлую женщину, чьи ухоженные руки в дорогих перстнях дружественно приглашали сесть рядом, на его щеках тут же вспыхнул совершенно красный в свете ламп румянец.

– Собака?

– Да, собака! – настаивал юноша.

– У нас тут есть пара ощенившихся сук, но все они декоративных пород, не для вашей жизни, уж простите. Есть разнополые щенята болонки из Предместий, два кобелька йоркширского терьера и совсем уж эксклюзивные китайские хохлатые. Вы же знаете, к нам не только бродяги ходят, но и министры из Правительственных Зон.