Кофе с круассаном

Любительница общения в ванне заканчивает разговор с подругой.

Маршрутное такси тормозит, чтобы впустить в свои недра очередную

партию пассажиров. При этом имеющиеся уже в салоне людские массы

спрессовываются на манер рижских шпрот. Никто не возмущается

жадности водителя, народ молча цепляется друг за друга, втягивает голову

в плечи и синхронно подскакивает, когда маршрутку трясет на выложенной

булыжниками дороге. Прибалтийский темперамент, думаю я, разглядывая

скучившихся пассажиров и радуясь своему сидячему месту.

оповещает меня о получении нового сообщения. Я улыбаюсь в

предвкушении. «Я очень скучаю по тебе, милая» пишет Лоран, «Только что

закончил важные переговоры. Вечером вылетаю в Сидней. Постараюсь

позвонить тебе до этого. Целую нежно». Я сдерживаю привычный порыв

прижать аппарат к губам. Какой же он замечательный, мой Лоран! Такой

заботливый, любящий, нежный! Вчера мы проговорили полтора часа по

телефону, и даже мельком затронули тему помолвки.

на сто процентов уверен, что я – именно та женщина, с которой он хочет

прожить всю свою жизнь. Я в принципе тоже уверена, что он – мужчина

моей мечты, и я с удовольствием вышла бы за него замуж. Меня только

немного смущает одно «малозначительное» обстоятельство.

Мы никогда не видели друг друга. В реальной жизни, я имею в виду. Наши

виртуальные отношения длятся вот уже почти год, мы часами болтаем в

МСНе и по мобильному, у меня хранится целая папка с его фотографиями, но мы так ни разу и не встретились понастоящему.

выбираем число и собираемся уже заказать билеты, непременно происходит

какоето ЧП. То у Лорана срочная деловая поездка, то у меня неотложный

перевод. Судьба, как будто нарочно играет с нами, удерживая на

расстоянии друг от друга. «Это чтобы мы смогли потом в полной мере

оценить встречу», не унывает мой любимый оптимист. На сей раз мы вроде

договорились, что сразу по возвращению из Сиднея, Лоран приедет ко мне.

Я даже уже приобрела туристическую брошюрку по Риге, чтобы знать, что

ему показать и куда отвести. Мама относится к этим отношениям

скептически и называет Лорана «этот твой неизвестный француз». Я

пыталась пару раз втолковать ей, что Лоран лично мне очень даже

известный, я знаю всю его жизнь, судьбу его родителей, его

гастрономические пристрастия и бок, на котором он предпочитает спать.