Огненный цветок

– Вовсе нет, дорогая! Веселиться, так веселиться. Ты будешь великолепна. Помогите нашей гостье, – обратилась она к услужливым дамам, и вышла вместе со свитой.

Первым делом страшноватые фрейлины препроводили меня в роскошную ванную комнату. Не готовая к такому основательному подходу, я и тут попыталась взбунтоваться. Но, не говоря ни слова, а только вежливо улыбаясь, они так быстро и ловко раздели меня, что спорить было уже бесполезно. Тем более что ванна в виде огромного цветка каллы, наполненная теплой водой с пышными островками пены и лепестками роз, подмигивала фаянсовым глянцем.

Не оказывая больше сопротивления, я расслабилась и позволила этим странным женщинам подобрать волосы полотенцем, растереть все тело мягкими щетками, щедро намылить пеной, пахнущей шоколадом и пряностями, после чего окатить водой из больших глиняных кувшинов и вытереть пушистыми полотенцами. За расслабленным блаженством, которому невозможно было не поддаться, на самом краешке сознания мерцало удивление: как они сами умудрились не испачкаться и не промокнуть.

По-прежнему молча (изощренная ли это вежливость или бойкот), дамы помогли мне выбрать наряд и переодеться. Помня исторические фильмы, я уже предвкушала ужас необходимой сбруи в виде фижм, корсета и десятка нижних юбок. Но местная мода была куда проще и демократичнее, а увидев себя в зеркале, я удивилась: насколько хорошо смотрелся новый образ. То ли фрейлины постарались, то ли дело в волшебстве.

Вместе мы вышли через оранжерею на лужайку позади дома, где маленькие столики были накрыты к чаю. Остальная свита уже собралась, и хозяйка поманила меня к себе. Несмотря на многочисленное общество, слуга был только один – невысокий юноша, очень похожий на давешнего старичка и одетый точно так же. Причем прислуживал он только нам с Феей – остальные справлялись сами.

– Ты, конечно, проголодалась, милая, – пропела хозяйка, пока слуга наливал чай в столь хрупкую чашечку, что я боялась дотронуться.

И то правда: немудреный завтрак был давно, и от одного аромата чая у меня требовательно застонало в животе, а стол предлагал такие вкусности, что стоило больших усилий не наброситься на все сразу. Глаза разбегались между серебряными блюдами, фарфоровыми тарелочками и вазочками с вареньем.