Ярость Белого Волка

– И что же по поводу тактики на данный эпизод нашей жизни, вы не договорили? – Жолкевский привстал в стременах.

– А вот смотрите. Половину своих людей я брошу на Авраамиевские ворота. Там завяжется бой. Тупые варвары наверняка перебросят силы с Копытецкой башни им в помощь. А вот тут я и ударю. В аккурат туда, откуда их силы будут переброшены и оголится фронт.

– План превосходен, пан. Я одобряю. Желаю вам нагулять отменный аппетит. – Жолкевский тронул шпорами коня и поехал на холм, чтобы посмотреть военный спектакль сверху.

В шуме разворачивающейся атаки гетман не услышал, как сзади подъехал Сапега. Оттого и кособоко вздрогнул, услышав его голос.

– Пан гетман, вы несете полную ответственность за потери в живой силе. – Канцлер сидел на коне, сильно ссутулившись, стараясь не смотреть на происходящее под стенами.

– Уж вам-то, канцлер, доподлинно известно, что рыть землю, подобно кротам, куда как разумнее. – В слово «разумнее» гетман попытался вложить всю свою брезгливость, которую испытывал к собеседнику.

– Вы не расскажете, что случилось с вашей лошадью? – Канцлер кривовато улыбнулся.

– У меня был конь. Конь. А не какая-то там лошадь! Вот за него они, – гетман указал рукой в сторону города, – они мне отдельно заплатят.

– Я очень надеюсь, что это произойдет скоро и без лишних потерь. Хотя в отношении такой проблемы, как убитые и раненые, у вас свой взгляд!

– У меня где-то завалялись надушенные шелковые платки, пан канцлер.

– Они мне понадобятся в том случае, когда тысячи тел будут издавать на поле запах тления. Приму, дорогой гетман.

– Как же вы мне надоели, канцлер! Идите займитесь своими подземными галереями. Победители туда вам отнесут яства!

– А кто будет победителем?

– Еще слово, и я буду вынужден пустить вам пулю в живот за измену!

– А что же так? Вы вроде говорили, что у вас блестящий референдерский удар! А тут вдруг пулю… Да еще в живот!

– Я никогда не испачкаю о вашу плоть свой клинок.

– Добавьте еще: «грязную плоть». – Сапега делано засмеялся. – И все же советовал бы для начала разобраться в истории с убитым конем, дорогой гетман. – Канцлер легко потянул повод и отъехал в сторону.

А в это время отряд Новодворского разделился на две части и стал напоминать жало змеи.