Рабыня эмиратов

 Если ты думаешь, что будешь показывать выбрики, то сильно ошибаешься.

– Будь ты проклятым!

– Что ты там сказала? – меня со всей силы бросают в стену, из-за чего я больно ударяюсь головой. Я не успеваю даже перевести дыхание, как надо мной тенью нависает чужое тело – ты зря меня провоцируешь. Ой зря.

– Отойдите от меня! – голос ломается под натиском истерики, которой я не могу противостоять. Я так сильно устала от этого кошмара, в который превратилась моя жизнь.

– Нет, потому что ты моя собственность.

 И этой ночью я буду делать с тобой все, что захочу – старый извращенец опускается к моей шее и начинает оставлять на ней поцелуи.

Каждый поцелуй будто болезненный след после раскаленного клейма. Я пытаюсь противиться манипуляциям мужа, но меня все сильнее прижимают к стене.

– Не прикасайтесь ко мне-я бью кулаками в чужую грудь, чтобы хоть как-то остановить натиск, но это заставляет мужчину еще больше свирепствовать. Я вижу как его кожа покрывается красными пятнами, а зрачки расширяются.

 Такое ощущение, что он под какими-то препаратами.

– Как ты смеешь на меня руку поднимать!? – удар и я чувствую, как над губой начинает течь теплая дорожка крови. Глаза застилает пелена от слез. Мне так больно … – маленькая змея. Этой ночью я научу тебя манерам. Ты будешь знать как это уважать своего мужа.

Хочется закричать во весь голос, я понимаю, что спасения мне можно не ждать. Люди в доме работают на этого старого урода, а потому на мою сторону никто не станет.

 Проклятая несправедливость.

Щеки румяные и смоченные слезами, губы мельчают от напряжения, а руки неистово сжимают все, что попадает под пальцы. Весь мой мир стал узким и туманным, будто только собственная боль является реальностью, а все вокруг – лишь далекие силуэты.

– Отпусти меня, умоляю-громкие всхлипы раздаются в тишине комнаты будто громкий гром после молнии. Да только меня никто не слушает.

Я вижу, как свадебное платье, так чужеродно выглядевшее на мне, начинают нетерпеливо разрывать на спине.

 Пуговица за пуговицей отрывается и падает к Земле. Меня будто током ударяет, когда я чувствую первое прикосновение к голой коже..

– Ты будешь моей, добровольно или нет. Или подчинишься, или я тебя сломаю – ответить на эти слова я ничего не могу, потому что меня заставляют замолчать грубым поцелуем. Сама мысль о том кто меня целует вызывает тошноту. Я противлюсь и больно кусаю мужа за нижнюю губу.