Сад за забором и другие истории

Перебегали от дерева к дереву, едва дыша, на цыпочках. Слышно было только как ветер завывает где-то вдалеке.

Вскоре они подошли к будке. Это был небольшой вагончик, обитый серыми досками, на которых гордо красовалась большая белая табличка «ОХРАНА», а ниже была другая, поменьше, и явно сделанная стариком.

«НЕ БЕСПОКОИТЬ».

Энтони тяжело дышал. Давно на своем веку он не занимался таким безрассудством. Кто мог подумать, что, став капитаном, он продолжит лазить через заборы и таиться среди розовых кустов, пачкая ботинки грязью?

Вытянув шею, Корс заглянул в проем окна.

– Думаете, он там?

– Тише, Макс, тише.

– Извините, – прошептал юноша так тихо, как только смог.

Миллер, осторожно приблизившись к стене будки, тоже заглянул внутрь.

– Мне кажется, его там нет.

Энтони с сомнением покачал головой.

– А что вы думаете? – спросил Миллер и умоляюще посмотрел на своего наставника.

Подождав еще немного и не услышав ничего подозрительного, Корс устало вздохнул.

– Я думаю он мертв.

– Куда мог деться старик в такую погоду? Мог ли он лечь спать?

– Вряд ли, слишком рано. Вечерние новости еще не кончились, а старые люди, как правило, довольно консервативны и вряд ли изменяют своим привычкам.

– Тогда, может, ему просто стало плохо? – не унимался Миллер, но он и сам не особо верил в это.

– Вполне, – ответил Корс, – но тогда, почему не горит свет? И если старик внутри, он мертв и свет не горит, значит, либо его не включали, либо…

– Выключили! – закончил юноша и лицо его стало мрачнее туч над их головами.

– Да. Поэтому будь осторожен. Сейчас мы проберемся внутрь.

Обойдя будку, Энтони проверил замки на двери и окнах. Все было заперто. Если убийца вышел, то он, вероятно прихватил ключ. Но могло статься, что он все еще там, внутри, притаился и ждет, пока они войдут внутрь. Идею проникновения подкинула сама природа. Сверкнула яркая молния и на короткий миг озарила все вокруг словно бы божественным светом. И тогда капитан Корс взял увесистый булыжник.

Пару мгновений спустя раздался оглушающий треск грома и в такт ему треск по-тоньше – звук разбивающегося стекла.

Макс Миллер присвистнул и снова заглянул в окно. Осторожно обломав осколки, он первый, словно пес, пролез внутрь.

Внутри будка смотрителя казалась еще меньше, чем снаружи. Здесь стояла небольшая кровать, тумбочка, телевизор и шкаф. Места было катастрофически мало, но все же юноша смог походить туда-сюда. Исследуя место.