Я спас СССР. Том I

Девушка была из небедной подмосковной семьи (говорили, что дочка первого секретаря райкома Зеленограда) и очень чистоплотная. Я разглядывал ее в памяти Лехи. Невысокая, точно ниже Вики, с широкими бедрами и мощным бюстом. Талия есть, а также присутствует красивая шея, роскошная грива рыжих волос. Аппетитная, ничего не скажешь.

– Товарищ декан! – железным голосом произнесла Ольга. – Я командир студенческого отряда. Что тут произошло?

Декан начал объяснять, но Пылесос его прервала.

– Как это не хочет выходить? Да мы сами ее сейчас оттуда вытащим.

Мы все считаем, что таким не место в нашем университете. Отойдите, пожалуйста, все-таки вы мужчина…

Заславский послушно отошел на два шага и приготовился наблюдать из-за спин студенток, как будут выводить голую подругу Петрова. Дверь приоткрылась, и десять или около того девушек устремились внутрь. Кто их считал в полутемном предбаннике? Вот и декан не считал. А зря. Через пять минут из парной вышли дамы все в тех же сапогах и телогрейках, и Ольга растерянно произнесла:

– Странно, Ян Николаевич, но тут никого нет.

Может, и не было никого?

Декан бросился в парную. Там было пусто.

– А как же женские вещи??! Белье?

– Девчонки после работы уставшие, мылись, забыли.

– А звуки?!

– Это я пел, – широко улыбнулся Петров и тайком подмигнул бледной Вике. Медсестра была обряжена в сапоги, штаны и телогрейку.

* * *

История Виктории тем не менее широко разошлась по МГУ. Девушка даже хотела уволиться, но за нее вступились университетские дамы.

Тем более был повод. Разболтал все не кто иной, как Петров. И ему за это тут же был объявлен бойкот. На следующем же собрании комсорга по какому-то левому поводу поперли с должности, исключили из редакции факультетской стенгазеты.

– Ой, Русин, у тебя опять кровь идет!

Я очнулся от воспоминаний и обнаружил, что красная жидкость просочилась через ватные тампоны.

– Сядь! – Виктория взяла меня за руку и усадила на стул. Я задержал ее ладонь в своей:

– Ты не обижайся на Петрова! Мы его проработали на комсомольском собрании.

За нечуткое отношение к товарищам.

– У нас с ним все! – Медсестра вырвала руку, подошла к окну. – Сама дура, что с ним связалась. Подруги предупреждали, что он ходок и трепач…

Я пожал плечами. С такой внешностью и не быть ходоком?

– Ты пока посиди, я дам тебе направление в нашу поликлинику, – девушка начала что-то быстро писать. – Сходишь, пусть врачи тебя посмотрят.

Чтобы себя чем-то занять, я полез в сумку.