Территория невероятностей. Albedo

Не соображая, что делаю, я вцепилась в дверную ручку и с грохотом влетела в гигантский и, на первый взгляд, пустой кабинет.

Стеклянные шкафы вдоль стен заполнены книгами. На противоположной от двери стене, где полагалось бы быть окну, висела огромная – от покрашенного черной матовой краской пола до высокого потолка – роспись с концентрическими узорами – мандала. От нее шло еле заметное энергетическое сияние, будто от слабенького артефакта.

Перед мандалой находились низкий журнальный столик и кожаное кресло, в котором сидел незнакомый пожилой мужчина.

Я молча уставилась на него; за моей спиной кашлянула Кайя.

– Вот Хлоя Моргенталь, – не скрывая усмешку, произнесла она, – фамилия «Андерсен» действует на Хлою воистину магическим образом.

– Помолчала бы ты лучше, – огрызнулась я.

Пожилой человек не произнес ни слова, лишь спокойно изучал меня своими холодными голубыми глазами. На мгновение я подумала, что Майло вновь сменил тело; но какой толк в Ритуале при таком раскладе? И все же, почему мне кажутся знакомыми этот острый нос, выступающий подбородок, высокие скулы?

А потому, что я много раз видела их на портретах в учебниках, в интернете, в передачах про историю магии…

– Вы же Ларс Андерсен, так? – я нервно сглотнула.

Пожилой мужчина кивнул.

Отец Майло. Черт побери, Верона словно специально вывела меня на разговор про мать Вежбы. Неужто догадывалась, с кем предстоит мне в ближайшее время встреча?

Никто никогда ничего мне не объяснит.

Я обернулась к Кайе – та вновь усмехнулась.

– Спасибо, дочь, – сухо сказал Ларс, и тут я поняла. Кайя – Катерина, та самая сестра Майло, что не стала профессиональным магом.

– Мне нужно поговорить с вами, Хлоя. Я знаю, что вам небезразлична судьба моего сына и судьба всего нашего мира, и, к моему глубочайшему сожалению, они обе теперь неразрывно связаны с вами.

– Всего лишь мира, – я пожала плечами. – Я слушаю вас.

Ларс усмехнулся.

– Я не так вас представлял, – он закинул ногу на ногу, взял с пола пухлый потертый портфель и начал копаться в нем. – Я думал, вы… хм. А вы жесткая и очень юная.

– Не стоит говорить мне, что вы представляли, – я улыбнулась. – Наверняка обидно получится.

Андерсен извлек наконец из портфеля толстую книгу с крестом на обложке и протянул мне.